— Ну что, хочешь снова убивать мух? — спросил он и сделал ножом жест, означавший, что мне надо повернуться.
Я рад был повиноваться, и он тут же приложил лезвие к скотчу. Нож, по всей видимости, был очень острым — я не почувствовал никакого давления. Скотч разлетелся на части. Я вернул руки в естественное положение и отодрал с них остатки ленты. Вместе с ней я отодрал и большую часть волос с запястий, но, поскольку первым же ударом убил у себя на шее шесть комаров, жалеть об этом не приходилось.
— Спасибо большое, — поблагодарил я Уимса.
— Не за что, — ответил он. — Нехорошо так связывать людей.
Он рассмеялся собственной шутке, а я улыбнулся ему одной из своих лучших фальшивых улыбок в благодарность за его доброту.
— Именно так, — сказал я, — очень смешно.
Возможно, мои слова оказались недостаточно изящны, но я действительно был ему благодарен; к тому же моя голова болела слишком сильно, чтобы произвести на свет нечто лучшее.
Впрочем, это не имело значения, поскольку Уимс уже потерял ко мне интерес. Он застыл без движения с лицом, поднятым вверх, и полуприкрытыми глазами, будто прислушивался к голосу, зовущему его откуда-то издалека.
— Что случилось? — спросил я.
Он ответил не сразу.
— Дым, — произнес он, покачав головой, — кто-то жжет там костер без разрешения. — Он дернул подбородком в сторону самого сердца Эверглейдс. — Очень плохо в это время года.
Я не смог учуять ничего, кроме обычного для Эверглейдс запаха влажной земли, а еще пота и намека на запах пороха, который все еще висел в воздухе, но, разумеется, я не собирался спорить со своим спасителем. В любом случае мне пришлось бы общаться с его спиной, так как он уже развернулся и направился прочь с поляны. Я проводил его взглядом, растирая запястья и верша свою жуткую месть комарам.
Больше вокруг трейлера смотреть было не на что. Копы уже отводили людоедов прочь, к ужасам предварительного заключения. Лично я надеялся, что эти ужасы окажутся достаточно кошмарными. Спецназовцы стояли группой вокруг одного из своих — вероятно, того, кто отстрелил Кукарову лицо. У него был вид человека, у которого падает уровень адреналина в крови и наступает шок от осознания содеянного. Его коллеги заботливо наблюдали за ним.
В любом случае пришла пора Декстеру двигать отсюда. Но моя проблема заключалась в отсутствии собственного транспорта. Надежда на доброту незнакомцев — весьма зыбкая вещь, надежда на помощь семьи зачастую оборачивается еще худшими последствиями, но в данный момент это было оптимальным вариантом, и я пошел искать Дебору.
Моя сестра обнаружилась на переднем сиденье своей машины. Она пыталась окружить Саманту Альдовар сочувствием и заботой, но у нее получалось плохо. Эта задача была бы сложной для Деборы даже в том случае, если бы Саманта согласилась ей подыграть, но она, естественно, не желала этого делать. События неумолимо приближались к тупику.
— Не буду я в полном порядке, — как раз говорила Саманта. — Зачем вы продолжаете мне это твердить, будто я умственно отсталая?
— Ты пережила большое потрясение, Саманта, — сказала Деб. Она явно пыталась выразить сочувствие и успокоить ее, но я почти слышал кавычки в начале и конце предложения: казалось, будто она читала выдержки из «Руководства по оказанию помощи спасенным заложникам». — Но теперь все закончилось.
— А я не хочу, чтобы это заканчивалось, черт бы вас побрал.
Я сел в машину и закрыл дверь, Саманта повернулась ко мне.
— Ты скотина, — поприветствовала она меня.
— Я ничего не сделал, — ответил я.
— Ты приволок их сюда. Ты все это подстроил.
Я покачал головой:
— Нет. Понятия не имею, как они нас нашли.
— Ну конечно, — ехидно протянула она.
— И вправду, — повернулся я к Деб, — как вы нас нашли?
Дебора пожала плечами.
— Чатски приехал составить мне компанию, пока я наблюдала за клубом. Когда приехал фургон из химчистки, он прикрепил на него маячок.
Логично. У гражданского мужа Деб, Чатски, полуотставного оперативника разведки, вполне могли оказаться подходящие игрушки.
— В общем, они вынесли вас из клуба и увезли, мы немного подождали и поехали следом. Когда мы все добрались до болота, я вызвала спецназ. Честно говоря, я очень надеялась поймать и Бобби Акосту, но ждать было уже нельзя. — Дебора обернулась к Саманте. — В первую очередь мы должны были спасти тебя, Саманта.
— Да вашу ж мать, я не хотела, чтобы меня спасали, — сказала Саманта. — Когда это до вас дойдет?
Деб открыла рот, но Саманта продолжила: