Пошёл на кухню, помыл и насухо протёр тарелку, ещё раз протёр стол. С окна потянуло морозной свежестью, кинуло в дрожь. Комната проветрилась, можно и закрыть. Посмотрел на часы, час ночи. Пора ложиться спать, но последняя доза была лишней, в голове кружились вертолёты.
Поставил чайник, насыпал в заварник зелёный чай, может быстрее отпустит. Через четыре часа уже подъём, неизвестно, как завтра работать.
Сел за стол, зашёл Вконтакте на страницу Ани. В глазах расплывалась надпись «Пользователь ограничил вам доступ к своей странице», вышел. Открыл галерею, чтобы посмотреть на сделанное Аней фото. В телефоне фотографии не оказалось, наверно удалила, а зачем было тогда фотографироваться? Странно. Но больше его волновал вопрос, как она разблокировала телефон своим отпечатком? Ладно, это мелочи по сравнению с остальными событиями вечера.
Определяйся, говорит... Хорошо.
Получается, я ждал с ней встречи десять лет, чтобы сказать нет? Получается так.
Спасибо судьбе за подарок, но, пожалуй, пусть оставит его себе. Слишком поздно.
С учётом последних событий, сложно сказать, чем всё закончится. Вдруг начнёт шантажировать беременностью. Это очень пугает. Страшно от неизвестности. Страшно балансировать на грани. Утешает одна лишь надежда, что всё будет хорошо. Надежда, что я больше никогда её не увижу.
Где-то слышал, что главный выбор, который мы должны сделать, находясь в яме, — это с кем из неё подняться. Кто меня столкнул в яму? Правильно, Аня. Кто меня из неё поднял? Конечно же Алёна. Выбор очевиден.
Но. Одно огромное «но», с которым придётся жить...
Я буду помнить её всегда. Всегда! Если не до конца своих дней, то до поры старческого склероза. Помнить не ту, которую видел сегодня — чужую, дерзкую, с завышенной самооценкой. А ту, которую я запомнил тогда, милую восемнадцатилетнюю девочку.
Она пожизненно прописалась в моей голове. И я настолько к ней привык, что если её выселить, то я просто сойду с ума от опустошения. Она живёт в моей голове в отдельной комнате и совсем не мешает. Иногда выходит ко мне по ночам. Единственное время, когда мы видимся. В эти дни я особенно ненавижу будильник. Потом смотрю на спящую Алёну и успокаиваюсь.
Сложно.
Сто процентов будут моменты, когда я буду жалеть об этом решении. Почему-то спустя время всегда кажется лучшим то, от чего когда-то отказался.
Оставаться здесь нельзя. Квартира будет питать негативом. Нужно искать другую. Как только Алёне объяснить причину? Что можно придумать? Нужно, чтобы она сама захотела. Создать искусственно неблагоприятные условия. Вплоть до того, чтобы подкинуть мышей с тараканами со склада, чтобы развелись в квартире. Она очень их боится, первой захочет переехать. Крайности какие-то.
Проблемы бы не было, если бы я вовремя оттолкнул Аню, а ещё лучше, не пускал бы её в квартиру. Не было бы измены. Я бы не переживал за последствия. Сколько «бы»... Что раньше, что сейчас.
Я наверно не смог бы её послать, даже если бы дома была Алёна. Шоковое состояние, когда не контролируешь свои действия. Как будто перед собой видишь человека, который давно умер, и сейчас стоит перед тобой, как ни в чем ни бывало.
Определяйся, говорит...
Однажды утром, я уже определился между больницей и универом. Пойди я тогда на пары, а не в эту чёртову больницу, на том бы всё и закончилось. Жил бы сейчас в родном городе, рядом родители, друзья, всё родное, своё. Детей бы уже воспитывал.
Хотя, всё ещё впереди... У меня же всё хорошо сейчас? Хорошо! Ну правда. Родители живы, рядом любимая девушка, работа. А в том, что меня так занесло, виноват исключительно я сам. Единственное моё желание и мечта — чтобы Алёна меня простила.
И... Не так сложно сделать выбор, как потом с ним жить.
Чайник свистел как паровоз, выдыхая пар. Кипящая вода настойчиво выталкивала крышку, просачиваясь сквозь щели. Окна запотели.
Глава 15.
Луч солнца пробрался к лицу, заставил открыть глаза и тут же зажмуриться. Аня на ощупь потянулась к тумбочке за телефоном, экран показывал без пяти одиннадцать. Наконец-то выпала возможность выспаться. Дома не было никого, потревожить сон мог только кот, который спал в ногах. Увидев, что хозяйка проснулась, он потянулся, перебрался ближе к голове, замурчал и лёг на грудь.
В этом году Аня с Антоном отправили сына в первый класс. Спустя два месяца учёбы, в связи с обострением коронавируса, детей в школах отправили на преждевременные каникулы. На этот период, его забрала к себе бабушка. Муж рано утром ушёл на работу. Полная тишина и покой, то, о чём Аня мечтала в течение отпуска, половина которого уже прошла.