— И чем они руководствуются, выбирая жертву?
— Чувствами, мисс Грейнджер. Русалки — девушки, к тому же, достаточно тонкие натуры, если, конечно, не брать во внимание их кровожадность, — невесело засмеялась Макгонагалл. — Сирены неровно дышат к юношам, в которых влюблены их спутницы. Именно так они и получают своих жертв — заманивая музыкой, в отличие от остальных видов, которые предпочитают просто нападать. Если на пути сирен встречается пара, то она будет слышать их зов.
— Звучит жестоко, — сказала Гермиона, поежившись. — Но вы сказали, что они менее воинственны, поэтому…
— О, не обманывайтесь на их счет. Как только они видят, что путники настроены драться, будьте уверены — сирены дадут отпор.
— То есть, в таком случае, выхода нет? — осторожно спросила девушка. — Только попытаться мгновенно разлюбить человека, чтобы они потеряли интерес?
Профессор засмеялась, слушая рассуждения своей ученицы.
— Ну, полагаю, что какими бы схемами не обладал ваш разум, вряд ли даже самой умной волшебнице своих времен это удастся сделать за столь короткий срок, — объяснила она, поправляя шарф. — Но все же есть один способ. Сиренам, все же, в каком-то роде, не чужды слабости обычных девушек. Они очень падки на украшения, поэтому если путникам повезет, они согласятся на обмен.
Гермиона кивнула, вспоминая похожие легенды в маггловском мире, которые, правда, чаще всего были связаны с лесными мавками.
— А насчет Поттера не переживайте. Уверяю вас, профессор Дамблдор не даст ни одному русалочьему хвосту причинить вред своим ученикам. Даже если это Турнир Трех Волшебников.
Набрав скорость и чувствуя, как ногу сводит от боли, Гермиона подплыла к Драко, касаясь его руки, и тут же была отброшена назад. Вилы, усыпанные камнями и водорослями мгновенно были приставлены к ее горлу, мешая двигаться. Кислорода в легких оставалось все меньше, поэтому девушка медленно замахала руками, боясь спровоцировать агрессию. У нее с собой не было ничего. Ни одного браслета, ни одной безделушки, которые Джинни тоннами дарила ей в дополнение к подаркам на все праздники и которым она всего лишь несколько раз дала шанс прогуляться в свет. Он здесь из-за нее. Из-за ее глупого сердца. Сирены почувствовали ее влюбленность, именно поэтому он сейчас болтается без сознания, ведомый морским отродьем.
Потянувшись к шее, она достала медальон. Аккуратная серебряная цепочка, две фотографии на небольшом замочке. Справа мама с папой в день их свадьбы, а вторая сделана совсем недавно, в Австрии, когда они там были последний раз. Мать подарила ей это украшение вечером перед тем, как навсегда забыла, кто она такая.
Подняв глаза на русалку, Гермиона подняла перед ее взором кулон и показала пальцем на Драко. Существо прищурилось, подплывая ближе к побрякушке. Мерлин, пожалуйста, ведь это самое дорогое, что у меня есть. Только отпусти его обратно. Присмотревшись, русалка отбросила смоляные волосы, протягивая ладонь, между пальцами которой виднелись перегородки. Покачав головой, Грейнджер вновь показала на парня. Доверять подводным существам у нее не было ни единой причины. Недовольно скривившись, русалка прекратила петь, бросая Малфоя к ней и силой выдирая затейливое переплетение серебра, подаренное матерью. Тут же схватив слизеринца за руку, Гермиона начала плыть вверх так быстро, как только могла, но давление на виски было невыносимым и в груди жгло от недостатка кислорода. Она ощущала, как щупальца боли распространяются от ее ноги ко всему телу, напрочь лишая ее сил. Давай, еще рывок. Но в глазах темнело, и девушка больше не чувствовала рук, которые теперь ощущались как миллион иголок в коже, будто они затекли в одно мгновение. Вода затекала в рот, лишая ее сил бороться. Она сильнее сжала его руку, пытаясь почувствовать. Ведь это то, что ему всегда удавалось, верно? Заставить чувствовать. Заставить ощущать все по-настоящему. Возможно, это действительно не самая страшная смерть?
Болезненный рывок дернул ее на поверхность, протянув за волосы, пока она не уперлась коленями о песок. Рвотный рефлекс тут же принялся вычищать ее легкие от переизбытка соленой воды. Скрутившись, она рвала и кашляла, понимая, что чуть не утонула сегодня. Дважды.
— Ты что, сошла с ума?! — крикнул Гарри, склоняясь над ней, но его речь сложно было разобрать из-за беспрерывного цокота зубов.
Справа от нее Драко начал откашливаться, приходя в себя.
— Какого черта? — простонал он. — Боже, у меня так болят виски, будто кто-то залепил бладжером в каждый.
Они втроем едва держались на ногах, трясясь от холода, но времени больше не было. Нужно было убираться отсюда.
— Нам надо перенести тебя в безопасное место, — сказала Гермиона, поворачиваясь к Гарри. — В штаб квартиру Ордена.
— Что? — воскликнул он, не веря своим ушам и смотря на Малфоя. — С ним?! Гермиона, что происходит?
— Поттер, я только что спас твою ебаную жизнь! — ткнул Драко пальцем ему в грудь.
— Какой процент того, что через час туда не нагрянет толпа Пожирателей с твоей легкой руки? — крикнул тот в ответ, многозначительно смотря на левое предплечье, на котором была видна часть метки.
— Гарри, нет, стойте! — встала Грейнджер между ними. — Послушай, сейчас нет времени объяснить и поговорить обо всем, но… я верю ему. Правда верю.
Поттер сжал губы, бросая полный недоверия взгляд на слизеринца, но спустя секунду вздохнул и взял ее за руку.
— Поверить, блять, не могу, что этот кретин еще умудрился сделать одолжение, — огрызнулся Драко, касаясь Грейнджер с другой стороны и чувствуя, как крючок вздергивает его за пупок, перенося в другую страну.
Оказавшись на площади Гриммо 12, Гермиона повернулась к Гарри, который внимательно следил за тем, как Малфой рассматривает окрестности.
— Гарри, мы должны возвращаться, у нас мало времени, — тараторила она, казалось, пытаясь вместить часовую речь в минутную перекличку. — Здесь ты будешь в безопасности, и члены Ордена тебя посвятят в происходящее. Позже объясню все.
Гермиона вновь обняла его до хруста костей и, прошептав: «я люблю тебя», аппарировала, схватив Малфоя за руку и оставив Гарри на крыльце немым и полностью обескураженным.
Приземлившись на окраине Хогсмида, они упали лицом в снег. Словно почувствовав знакомые окрестности и решив, что больше держаться нет сил, все ее тело забилось в дикой агонии от спазмов и захотелось рыдать, крича в никуда. Боже, за что это все? Взмахнув палочкой, Драко наколдовал согревающие чары и присел рядом с ней на корточки.
— Эй, Грейнджер, тебя слишком трясет, — произнес он.
И это была правда. То ли раны наконец дали о себе знать в полной мере, то ли шок, работая, как анестезия, отходя, накрывал двойной порцией паники, но ее лихорадило, несмотря на кольцо тепла вокруг.
— Нам нужна Макгонагалл, — прохрипела она, прижимаясь к его плечу и отсчитывая секунды до того, как реальность вновь взорвется атомной бомбой, осыпая золу им на головы.
В который раз.
Комментарий к Глава 17 (часть II)
Эх, как иногда хочется простого человеческого «ТЕПЕРЬ ЖДУ ОТЗЫВОВ», как у всех простых смертных авторов, а не простыни под каждой главой:D
Эта глава была невероятно тяжелой в процессе того, как она рождалась в голове, потому что я эмпат до мозга костей, поэтому несколько дней ходила в подавленном настроении и будучи ужасно нервной, потому что эмоции героев влияют на меня иногда, пожалуй, слишком сильно.
Зато в написании она была легкой, что случается не так уж часто со мной.
Ну а теперь ЖДУ ОТЗЫВОВ:D
========== Глава 18 ==========
Она обожала магию. Каждый раз Гермиона вспоминала об этом, когда чувствовала, что адская боль постепенно стихает, благодаря разномастным флакончикам и движениям палочки мадам Помфри. Когда их разделили, она успела достать врача вопросами о том, будет ли с Малфоем все в порядке до такой степени, что та оборвала ее, приказав помолчать, если ей хочется как можно раньше вновь обрести возможность опираться на больную ногу.