Манцке снова кивнул, но вопросов больше не задавал.
— Что теперь?
— Для начала хотел бы осмотреть ваш телефон — тот, на который ночью пришло сообщение.
Маркус поднялся.
— Простите, совсем забыл.
Через минуту он разблокировал смартфон и уже собирался открыть мессенджер, но Манцке быстро поднял руку:
— Нет, пожалуйста… дайте мне.
Маркус растерянно протянул телефон.
— Вот, приложение…
Полицейский коснулся экрана.
— Уже нашёл.
— Ладно. Там адрес сайта. Если нужен компьютер — можем пройти в кабинет.
Манцке без колебаний поднялся.
— Да, пожалуйста.
Коллега последовала за ним.
В кабинете следователь задумчиво посмотрел на сообщение, пока Маркус садился.
— Адрес в даркнете, — пробормотал он. — Сложно.
Когда Маркус открывал Tor-браузер, сердце колотилось в горле. Что, если там запись прошлой ночи? Он не знал, сможет ли смотреть, как его — теперь уже мёртвую — жену истязают и насилуют.
— Сюда? — Манцке показал экран телефона, когда Маркус застыл перед стартовой страницей браузера.
Маркус взглянул на адрес и дрожащими руками набрал его. Нажал «Ввод» — пульс так застучал, что перед глазами заплясали чёрные точки.
Затаив дыхание, он смотрел, как страница «DuckDuckGo» висит целую вечность — секунды, за которые хотелось колотить по монитору, лишь бы ускорить загрузку, — пока наконец не исчезла, уступив место белому экрану с надписью: Страница не найдена.
— Я… наверное, опечатался, — пробормотал он и, вместо того чтобы сверить адрес в строке браузера с сообщением, стёр его и заново ввёл буквы и цифры с окончанием .onion, нажал «Ввод» — тот же ответ. Страница не найдена.
— Не понимаю. — Маркус уставился на эти слова. — Они, наверное, удалили сайт после того, как…
— Вполне возможно, — согласился Манцке. Достал свой смартфон, потыкал в экран и переписал адрес. Через несколько секунд поднёс телефон к уху, подождал. — Да, Манцке. Только что скинул тебе onion-адрес. Посмотрите, что сможете накопать… Да, понял… ладно, спасибо.
Убрал телефон во внутренний карман пиджака.
— У вас или у жены есть враги? — спросил он, повернувшись к Маркусу, который наконец оторвал взгляд от монитора.
— Не знаю.
— В квартире вы упоминали, что у вас с женой совместная фирма. Каршеринг, верно? Может, с этой стороны есть кто-то, с кем были или есть проблемы?
Маркус задумался.
— Нет, никого.
— Герр Керн. — Теперь заговорила Бауэр своим мягким голосом. — Я знаю, вам сейчас очень тяжело, но то, что вы рассказали о событиях прошлой ночи, очень похоже на месть. Пожалуйста, подумайте хорошенько. Может, вспомните какую-нибудь необычную формулировку или что-то ещё — что-то, что могло бы навести на мотив?
Маркус попытался восстановить в памяти тот разговор, хотя всё внутри противилось.
— Да, было кое-что странное. Он сказал, что я люблю делиться и хочу, чтобы всем пользовались как можно больше людей. Наверное, из-за каршеринга. И ещё… — Маркус глубоко вздохнул. — Сказал, что теперь поделится Беттиной.
Манцке кивнул.
— По-моему, довольно ясный намёк на то, что дело в вашей фирме. Подумайте. Может, есть бывший сотрудник, с которым расстались плохо?
— Нет, у нас всего восемь штатных, и никого мы ни разу не увольняли.
— И всё же нам понадобятся их имена и адреса, — снова взял слово Манцке. — Что-нибудь ещё вспоминается? Есть с кем-нибудь проблемы, связанные с фирмой? Судебный спор?
— Нет… то есть… — Судебный спор! Маркус обругал себя за то, что не вспомнил раньше. — Да, был один процесс, очень неприятный. Правда, три года назад, но…
Манцке кивнул.
— Уже кое-что. О чём шла речь?
— Страшная история. — Взгляд Маркуса сам собой вернулся к монитору, но ничего не видел.
— Авария с одной из наших машин. На автобане лопнула шина. За рулём — молодая женщина. На переднем сиденье, в детском кресле, — её малыш. Машина перевернулась. Ребёнок… погиб на месте. — Рядом охнула Бауэр. — Женщина умерла на следующий день в больнице.
Манцке поджал губы.
— Это действительно ужасно. Она была замужем?
— Да. Муж и её родители подали на нас в суд. Мы сразу после её смерти связались с мужем, но он не захотел разговаривать. Хотел суда. Утверждал, что мы плохо обслуживаем машины, иначе заметили бы, что с шиной что-то не так.
— И? — спросил Манцке, когда Маркус замолчал.
— Мы выиграли. Эксперт исследовал остатки шины и пришёл к выводу, что женщина или кто-то из предыдущих водителей наехал на высокий острый бордюр. Внешне незаметно, но на большой скорости привело к разрыву. Мы не могли этого знать и при осмотре обнаружить тоже.