Слёзы выступили у неё из уголков глаз и покатились по щекам.
— Да, я… — Она опустила голову, высвободила руки и вытерла лицо тыльной стороной ладони. Громко шмыгнула носом и снова посмотрела на него. — Конечно, я знаю. Верю тебе.
— Хорошо, это…
Раздался звонок в дверь. Оба резко обернулись.
— Чёрт, — прошипел Маркус и посмотрел мимо Сары на дверь, ведущую из кухни на террасу. За ней виднелась небольшая лужайка, упиравшаяся в стену кустарника. — Там можно пролезть?
— Да, слева щель, через неё попадёшь в сад на другой стороне. Только я не знаю, как там даль…
— Ладно, — торопливо перебил Маркус. — Позвоню.
В несколько шагов он оказался у двери и распахнул её. В тот момент, когда ступил на террасу, за спиной снова зазвенел звонок.
Он пересёк лужайку, добрался до щели на краю участка и протиснулся боком между кустом и деревянным частоколом.
Наконец выбрался. Оказался на краю сада — куда бо́льшего, чем тот, что за квартирой Сары. Сад принадлежал двухэтажному дому; слева дорожка вела мимо здания к улице.
Повезло.
Пригнувшись, он побежал.
Удалось незамеченным добраться до прохода, и вскоре он стоял перед домом на улице — табличка на ближайшем перекрёстке гласила: «Холлервег».
Откуда-то донеслась сирена, стремительно приближаясь. Но прежде чем Маркус успел сообразить, что делать, в кармане зазвонил телефон. Он торопливо вытащил его и глянул на дисплей. Номер незнакомый, но не скрытый.
В улицу свернула патрульная машина.
Маркус поднёс телефон к уху, не принимая вызов, прикрыл свободное ухо ладонью, чтобы заглушить пронзительную сирену, и медленно, намеренно опустив голову, повернулся так, чтобы с улицы не разглядели лица. Патрульная промчалась мимо и тут же свернула налево, а смартфон продолжал звонить. Лишь когда шум почти стих, Маркус ответил.
— Господин Керн, это Манцке. Сдавайтесь, это бессмысленно.
— Ни за что. Я не убивал жену, но вы же слушать не хотите. Вы за пару часов так на мне зациклились, что даже не допускаете — это мог быть кто-то другой.
— Но это совсем не так.
— Конечно так, иначе вы бы меня не задержали. Значит, мне придётся самому найти убийцу, если хочу доказать невиновность и спасти дочь.
— Побегом вы только усугубляете подозрения, неужели не понимаете? Если раньше ещё были какие-то сомнения, то теперь ни один судья и секунды не помедлит с ордером на арест. Вас объявят в розыск по всем базам. У вас нет шансов, Керн. Сдайтесь, тогда посмотрим, что можно сделать.
— Нет! — сказал Маркус и сбросил вызов, но телефон не выпустил, задумчиво глядя на него.
Придётся избавиться. Насколько он знал, полиция может отследить устройство.
Он ещё раздумывал — уничтожить смартфон или просто выбросить, — когда тот снова зазвонил.
— Нет, чёрт возьми, не сдамся, — прошипел он, едва поднеся трубку к уху. Был уверен, что это снова Манцке, и даже не глянул на дисплей.
— Очень на это надеюсь. По крайней мере, пока не выполнишь мои требования.
Маркус узнал голос мгновенно. Пульс за секунду взлетел до небес.
— Какого чёр…
— Заткнись и слушай. Поскольку твоя жена больше не с нами, у меня в гостях твоя дочь. — Голос звучал так же бесстрастно, как в предыдущих разговорах. — Если не сделаешь в точности то, что скажу, она станет главной звездой моего следующего шоу. Мы понимаем друг друга?
Свободная рука Маркуса сжалась в кулак. От ярости он едва мог говорить.
— Чёрт возьми, она ещё ребёнок. Вам мало того, что вы убили мою жену?
Короткий смешок.
— Что я сделал?
— Вы публично унизили мою жену в интернете, а потом убили её. Вы…
— Чушь. Да, «Беттина-шоу» организовал я. Успешно распространил. А потом привёз её в вашу квартиру и позвонил тебе. Она была слегка потрёпанная, но живая. И без травм, от которых могла бы умереть.
— Что вы несёте? Когда я сегодня утром пришёл в квартиру, Беттина была… она была мертва уже давно.
— Мне плевать, кто и когда прикончил твою жену. Плевать, даже если ты сам воспользовался удачным моментом, чтобы от неё избавиться. Сейчас речь о твоей дочери.
— Я?! — вспылил Маркус и тут же судорожно вдохнул. — Удачным моментом?!
То, что говорил этот тип, было настолько чудовищно, что у Маркуса буквально отнялся язык.
— Да вы сумасшедший.
— Знаешь что, Керн? Мне на всё это насрать. Твоя баба сдохла, я тут ни при чём, точка. С этого момента делаешь, что говорю, иначе твоя дочь на собственной шкуре узнает, что такое шеринг.
— Что вы несёте, чёрт возьми?! — закричал Маркус вне себя, но тут же осознал, где находится, и поспешно огляделся — не слышал ли кто.