Маркус отступил от навесного шкафа, полки которого только что ощупывал, упёрся руками в столешницу, закрыл глаза и опустил голову, пытаясь справиться с яростью, бушевавшей внутри.
— Что-то не так? — спросил у него за спиной Филипп. Голос — сама невинность.
— Нет, просто… просто всё это слишком, — выдавил Маркус. Горло сжало так, будто две сильные руки стиснули его и давили без пощады. — И чувствую себя полным дерьмом.
— Могу представить. — Филипп указал на пол. — Может, присядешь на минутку?
Маркус покачал головой и потёр лицо обеими руками.
— Нет, уже нормально. Нет времени отдыхать. — Он вытащил смартфон и глянул на экран. — Чёрт! Уже почти два. Остался час.
— Тогда надо поторопиться.
Только вот зачем, подумал Маркус. Чтобы ваш план сработал?
Но он отбросил эти мучительные мысли, как бы тяжело ни было. Сейчас нет ничего важнее спасения Леони. Почему и кому Филипп его предал, он узнает — и довольно скоро.
Найди ошибку, сказал похититель, и речь шла о том, что квартира не сдаётся. Может быть, из-за подвала.
Подвал!
Маркус повернулся к Филиппу и снова подавил желание ударить его.
— Он говорил про подвал. Думаю, лучше разделиться, чтобы быстрее управиться. Пока ты обыскиваешь кухню и остальную квартиру, я спущусь — посмотрю, что там.
Он уже хотел уйти, но Филипп сказал:
— Не уверен, что это хорошая идея. Здесь, в пустой квартире, мы вряд ли что-то найдём, иначе он не стал бы специально упоминать подвал. Ты сам сказал, время поджимает. Может, лучше пойдём вместе?
Чтобы следить за мной и потом доложить своему хозяину — или подручному, горько подумал Маркус. Но Юсс прав: пусть Филипп и дальше считает, что Маркус ни о чём не догадывается.
— Хм… ладно, пошли.
Они вышли из квартиры, и взгляд Маркуса упал на дверь напротив — квартира Майнхардта. Он остановился.
Майнхардт вызвал полицию после того, как якобы увидел через открытую дверь, что Маркус лежит на полу рядом с обнажённым телом жены.
Маркус уже задавался вопросом, как убийца попал в дом и в квартиру, чтобы оставить там Беттину…
Почему он забыл об этом в разговоре с Манцке? Мысль ведь напрашивалась. У Майнхардта был ключ от пустующей квартиры. Хотя, возможно, Манцке и Бауэр уже его допросили?
Майнхардт наверняка будет утверждать, что всю ночь проспал в своей постели, и это вполне правдоподобно — он живёт один. Но, может быть, если надавить, он как-нибудь проколется или запутается в показаниях. Беда в том, что сейчас глубокая ночь и Маркус не может просто вытащить его из постели. Тем более что время уходит.
— Маркус?
Он вздрогнул и увидел вопросительный взгляд Филиппа.
— Что такое? Выглядишь так, будто привидение увидел.
— Нет, я… — Маркус мотнул головой и двинулся к лестнице. — Всё нормально, просто голова кругом.
Подвальная кладовка, относившаяся к квартире номер два, была последней из четырёх смежных отсеков. Ключ от неё висел на связке.
Дверь распахнулась наружу, и Маркус застыл на пороге, оглядывая помещение — метра четыре в глубину и два с половиной в ширину. Всё выглядело как обычно. Справа в ряд стояли три двустворчатых металлических шкафа серого цвета — в них хранились запчасти для отопления и вентиляции, лампочки разных размеров, коробки со всякой мелочью — запасные предохранители, прокладки — и обычный инструмент. У противоположной стены — садовый инвентарь, в углу — старая газонокосилка, ещё рабочая, но давно не используемая.
— Ну и? — спросил за спиной Филипп. — Что-нибудь не так?
— Нет, по крайней мере на первый взгляд. — Маркус вошёл, остановился перед первым шкафом и открыл его. Время тикало, надо спешить.
Взгляд скользнул по полкам сверху вниз — всё как всегда. Во втором шкафу тоже ничего необычного. Он закрыл дверцы, повернулся к последнему — и замер.
— Что такое? — Филипп встал рядом и проследил за его взглядом.
— Этот замок… я его не вешал.
— Странно. Ты уверен?
— Конечно. Я знаю, что делаю, а что нет. Это не просто странно, это… невозможно. Ключ от этого помещения только у меня.
— Хм… и он единственный?
Маркус оторвал взгляд от массивного навесного замка, которым были заперты обе створки, и посмотрел на Филиппа.
— Да. Давно собирался сделать дубликат, но всё забывал.
— А ты не знаешь, где может быть ключ от этого замка?
— Нет.
— А на связке?
— Да нет же, чёрт! — взорвался Маркус, и на лбу у Филиппа залегли морщины.