— Авария, — пробормотал Юсс. — На встречной полосе. Встречная. Встреч… — Короткая пауза. — Встречная. Здание напротив! Вот оно.
Ну конечно! Маркус едва не обернулся, не хлопнул Юсса по плечу — в последний момент удержался.
Быстрым шагом пошёл обратно. Юсс следовал за ним, как преданная собака. Маркус проклинал эту чёртову лобную камеру. Как бы ему сейчас помогло — нормально поговорить с Юссом. Но хотя бы тот нашёл способ с ним общаться. Если эти извращённые ублюдки за мониторами — и Рёвених прежде всего — принимают его монологи за чистую монету, это может очень пригодиться.
На первом этаже снова услышал тихое гудение. Теперь знал, что это такое. Люминесцентные трубки в кафельной комнате — им нужно электричество. Как и оборудованию для стриминга. А значит: если в соседнем здании он услышит то же самое, там тоже есть ток. Маркус надеялся — видеокамеры и прожекторы. Взгляд на часы: до конца срока — меньше получаса.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 50
Четверг, 03:35
Дверь на том же уровне, что в соседнем здании. Тоже двустворчатая — только немного перекошенная в петлях.
Почти дойдя до неё, Маркус остановился.
Что это будет означать, если окажется, что тварь существует на самом деле — и является частью его самого? Что он действительно долгое время издевался над женой и в конце концов убил её? Сейчас всё указывало именно на это.
Пусть он, Маркус, ничего об этом не знал и не имел ничего общего с той частью себя, которая совершила эти страшные вещи, — они всё равно вышли из его головы и были сделаны его руками. Значит, нельзя допустить, чтобы это повторилось. Значит, его нужно изолировать — до тех пор, пока не вылечат. Если вылечить вообще возможно.
Об этом он подумает, когда Леони будет на свободе. Но именно в этом и состояла проблема.
Кто может знать, как он себя поведёт, если удастся освободить дочь? Разве он не собирался забрать Беттину, когда Рёвених должен был её отпустить? И разве не Тони оказался тогда с совсем другими планами — и привёл их в исполнение? Убил Беттину?
Маркус не знал, при каких обстоятельствах это происходит и как Тони берёт контроль над его телом. Это предстояло выяснить психиатру. Но этой ночью — придется действовать без чьей-либо помощи.
А что, если Тони захватит управление именно тогда, когда Маркус снова окажется рядом с дочерью — чтобы продолжить своё дьявольское дело?
Оставалось только одно.
Он заговорил вслух — ровно настолько громко, чтобы Юсс слышал.
— Иди за своей виной, — пробормотал он. — Моя вина, моя вина.
Тысячи ублюдков за мониторами должны думать, что он медленно сходит с ума.
Маркус надеялся, что Юсс достаточно сообразителен, чтобы понять, что он сейчас ему скажет.
— Моя вина… Тони… Я — Тони. Тони убил Беттину. Моя вина. Что, если Тони попытается убить Леони? Тоже моя вина. Моя вина. Он не должен этого делать. Кто-то должен остановить Тони — потому что это моя вина.
Сзади Юсс дважды тронул его за плечо. Никаких условных знаков они не оговаривали, но Маркус надеялся: это значит — понял.
Он подошёл к двери, открыл — без труда, как и ожидал. Из подвала доносилось гудение генератора.
Как ни странно, это успокаивало: значит, надежда есть — Леони в этом здании. В луче фонарика разглядел: оба дома, по крайней мере лестничными клетками, зеркально повторяли друг друга.
Тихо поднялся на второй этаж. И снова — как прежде — где-то неподалёку кто-то двигался.
Снова то же самое? Пусть — лишь бы наконец это привело к Леони.
Идя на звук, он думал об обмене. Его жизнь — в обмен на жизнь дочери. Может, Рёвениха устроят другие игры перед камерой — с ним, а не с Леони. Настоящая ненависть Рёвениха направлена на него. А если Маркус при этом погибнет — что ж, возможно, для всех лучше. Никогда он не думал, что окажется в ситуации, когда собственная смерть ему безразлична.
Дошёл до конца комнаты, шагнул в следующую — без освещения, но не тёмную: с другого конца под закрытой дверью пробивалась узкая полоска света. По мусору на полу скользил луч чужого фонарика.
— Рёвених! — вырвалось у него — и тут же выругал себя: световое пятно метнулось к двери, которую рванули настежь.
Слепящий прямоугольник разорвал темноту.
Маркус бросился вперёд. Через несколько секунд — у распахнутой двери, одним взглядом охватил происходящее.
Рёвених прикреплял что-то к стене. Они встретились взглядами. Маркус рванул вперёд. Но на этот раз всё было иначе.