– Отлично, командир, – сказал Йохансон и повернулся к Расселу: – Господин майор, предлагаю вам спуститься со мной в шлюзовую и посмотреть, что у нас сегодня за улов.
Но тот и так уже знал, что сегодня удача была на его стороне, и не мог скрыть довольной ухмылки.
– Не поведаете мне причину вашей радости, майор? – зло спросил капитан, когда они направлялись к шлюзовому отсеку. – Пара пиратов, возможно, и поможет нам избежать наказания, но лично я рассчитывал на нечто большее.
– И мы это получим, – сказал Рассел.
Йохансон вопросительно посмотрел на него. Майор ответил торжествующим взглядом:
– Один из этой пары – Ладимир Каменев. Я узнал его голос.
– Уверены? – в глазах капитана появился радостный блеск.
– Абсолютно.
В шлюзовой их встретил командир группы спецназа и проводил к пленникам. С пиратов уже стянули скафандры и заковали в силовые наручники. Один лежал на полу, без движения, в нем Рассел узнал Рудольфа, второй же стоял расправив плечи и гордо подняв подбородок – Ладимир Каменев.
Майор не мог скрыть довольной усмешки, когда встретился глазами с Ладом и прочел в его взгляде удивление.
– Капитан Каменев? – спросил Йохансон, подойдя к пленнику. Теперь он и сам узнал его – портреты пирата не раз показывали в сводках – и, не дожидаясь ответа, сказал: – Рад приветствовать вас на борту моего корабля. В карцер его!
Глава 2
– Вам повезло, майор! Просто сказочно повезло, – сказал Йохансон на пути обратно в рубку.
«НАМ повезло, а не только мне! – мысленно поправил капитана Рассел. – И не нужно лишний раз показывать, что ты спихнул бы всю ответственность на меня в случае неудачи. Я и так это знаю!»
Но вслух ничего не сказал. Сейчас предстоял разговор с адмиралом, благо теперь Каменев был у них в плену, а победителей, как известно, не судят.
По прибытии на капитанский мостик капитан сразу вышел на связь с флагманом. На экране появился разгневанный Стюарт.
– Почему у тебя была отключена идентификация, капитан? – сурово и без предисловий спросил адмирал. – Не смей мне врать, ссылаясь на неполадки системы связи! Как только эскадра появилась в секторе, она у тебя почему-то тотчас заработала. Я требую полного отчета, немедленно!
– Так точно!
Стюарт повысил голос:
– Ульрих, какая муха тебя укусила?! Твои действия смахивают на дезертирство.
Йохансон сразу зарделся, вздернул подбородок и сказал:
– В семье Йохансонов никогда не было дезертиров!
– Трибуналу будет плевать, какую фамилию ты носишь! – адмирал гневно сверкал глазами с экрана коммуникатора. – Причина, по которой ты самовольно отклонился от курса, отключил идентификацию корабля и ввязался в бой, должна быть веской, иначе получишь столько обвинений, что тебе потребуется армия адвокатов, чтобы разобраться с ними.
Стюарт отчитывал капитана, как юнгу. Йохансон покраснел, по вискам сбегали капельки пота.
– Капитан, – Рассел стоял чуть в стороне и, наклонившись вперед, стараясь как бы случайно попасть в объектив передающей камеры, прошептал: – Скажите ему!
Стюарт заметил его, чего Рассел и добивался.
– Что вам нужно, майор? Как вы смеете встревать в разговор старших по званию?
Рассел сделал вид, что сконфужен, и шагнул вперед, вставая рядом с Йохансоном.
– Прошу прощения, господин адмирал, – майор коротко поклонился. – Я хотел бы сказать, что у капитана Йохансона были причины поступить именно так.
– Вы решили податься в адвокаты? – Стюарт не скрывал своей неприязни к Расселу. Последний же, ничуть не смущаясь, повернулся к Йохансону и, торжествующе взглянув на него, сделал жест, предлагая наконец все рассказать:
– Капитан…
Тот посмотрел на майора Стюарта и сообщил:
– Экипажу моего корабля, под моим непосредственным командованием и… при неоценимой помощи майора Рассела, удалось захватить в плен Ладимира Каменева.
– Что?! – воскликнул адмирал.
– Майором Расселом были получены оперативные сведения о местонахождении пирата. Я посчитал возможным пойти на хитрость и заманить Каменева в ловушку. Чтобы избежать утечки информации и не спугнуть его, потребовалось действовать с максимальной осторожностью и быстротой. Именно поэтому я приказал отключить систему идентификации и совершить прыжок по другому вектору, нежели мне было приказано. Если потребуется, я готов нести ответственность за свой проступок.
Стюарт слушал ею, становясь мрачнее тучи.
– Если потребуется – понесешь, – сказал адмирал. – Где он?
– В карцере. Второй захваченный пират, без сознания, в лазарете. Прикажете доставить их на линкор?
Стюарт не ответил, его взгляд был устремлен в пустоту. Выражение лица адмирала трудно было понять, казалось, что он словно сожалел о случившемся.
– Не надо, я сам прибуду к вам, – сказал он наконец и отключил связь.
– Ну что я вам говорил, Ульрих? – довольно ухмыльнулся Рассел. – Победителей не судят.
– Если вы еще раз посмеете влезть в мой разговор, – процедил капитан, – пеняйте на себя, майор.
Йохансон развернулся и покинул рубку, направившись к себе в каюту.
– Неблагодарная свинья, – пробурчал ему вслед Рассел. Майору было наплевать на угрозы капитана – план удался, а это главное.
Дверь открылась, и свет резанул по успевшим привыкнуть к темноте глазам. Лад наморщился и заморгал.
Когда зрение восстановилось, капитан увидел стоящего перед ним человека. Из-за падающего со спины света лица было не различить, но Каменев догадался, что это адмирал Стюарт.
– Включите свет, – приказал тот. Тут же засветились лампы, встроенные в потолочные панели. – Всем выйти.
Адмирал дождался, когда дверь карцера закроется, и подошел к пирату.
Ладимир был прикован посередине помещения с разведенными в стороны руками. Стюарт остановился перед Каменевым и посмотрел ему в глаза. Лад ответил ему прямым открытым взглядом. Он знал, что отец Валенсии считает его виновным в смерти дочери, ко также он знал, что не делал этого.
Через некоторое время адмирал отвел глаза, окинул взглядом карцер, стены из серого пластика, крепежи оков, снял байховые перчатки, потом снова посмотрел на Ладимира, покивал каким-то своим мыслям и произнес:
– Вот мы и встретились…
От сильного удара в челюсть голова капитана резко откинулась назад и посерело в глазах. Ладимир ждал этого, он понимал, что, прежде чем говорить, придется вытерпеть боль. Адмирал был крупным мужчиной, его мощные кулаки разбивали лицо Каменева в кровь. Лад чувствовал, как опухают губы, как костяшки пальцев рассекают кожу и по лицу начинают стекать теплые струйки. Но он терпел, не издав ни звука, пока Стюарт не отошел от него, тяжело дыша.
– Ты поганый ублюдок, – прохрипел адмирал, – ты убил мою Валенсию.
Едва слышно шикнула магнитная застежка на кобуре, Ладимир понял, что сейчас Стюарт достанет пистолет и пристрелит его. Подняв взгляд на адмирала, он проговорил:
– Убив меня, вы позволите настоящим убийцам остаться безнаказанными.
– Ты… ты и есть убийца, – Стюарт направил пистолет Ладимиру в лицо.
– Они сделал все, чтобы вы так считали. – Говорить было больно, но Лад пересиливал себя. – И вы идете у них на поводу. Поступаете именно так, как они и ожидают от вас. Знаете, я не буду молить вас о пощаде или прощении, мне не за что его просить, но все же обращусь к вам с просьбой – найдите настоящих убийц, мне, к сожалению, это не удалось.
– Мне противно слушать, как ты пытаешься своей ложью спасти свою поганую жизнь, – с презрением сказал Стюарт. – Но тебе это не удастся. Я видел запись…
– Какую запись вы видели и кто вам ее показал? – обратился к нему Лад. – Потому что если это запись камер наблюдения «Жемчужины», то вы должны были знать, что я не убил Валенсию, а пытался спасти ее.
– Не смей произносить ее имя, ублюдок! – Стюарт снова ударил его в лицо, рассекая бровь. – Ты прекрасно знаешь, что все камеры наблюдения были выведены из строя. Ты разыграл отличный спектакль, чтобы отвести от себя подозрение.
– Если камеры не работали, тогда откуда запись? Я не понимаю… Вам показали подделку, – продолжал капитан, кровь заливала ему глаз. Он пытался проморгаться, но ничего не получалось, тогда он зажмурил глаз и смотрел на адмирала одним. – Они хотели, чтобы вы думали, что это сделал я.