Это уже было бы достаточно плохо с точки зрения солли, если бы за атакующими ракетами не летели птички "Аполлона". Но Марки-23E были там, и каждая из них представляла собой куда более сложный и совершенный узел управления с куда большим возможностями, чем мог себе вообразить ФСЛ. В "Эпсилоны" были предварительно загружены десятки альтернативных профилей атаки, основанных на каждой перемене в солярианских оборонительных средствах, какую смогли придумать тактики и симуляторы Десятого флота, и их чрезвычайно способный искусственный интеллект намного превосходил любые прежние атакующие ракеты по способности настраивать и изменять эти профили на лету. Конечно, даже со всеми этими заготовленными профилями и ИИ, огонь Льюиса был далеко не так эффективен, как был бы, если бы у них была полная система "Замочной скважины-2".
Он просто был несравнимо лучше, чем всё, что было у кого-либо ещё.
— "Гало" активно, — Горацио Харкнесс вглядывался в дисплей, а его руки двигались с точностью пианиста, уточняя данные. — Похоже, увеличение эффективности их линейных крейсеров около двадцати процентов, но фильтры должны с ним справиться, если не станет намного хуже. Но мы видим также много работающих лидаров. Думаю, скоро полетят первые противоракеты.
Скотти Тремэйн кивнул. Двадцать процентов было меньшим увеличением, чем допускал план операции, и он не собирался рассчитывать, что оно не вырастет ещё в следующие пару минут. Но даже если так…
— Подвески "Браво" на позиции, — сказал коммандер Голбатси, и свежая волна значков ракетных подвесок замерцала красными кодами готовности на дисплее Тремэйна. — Коды запуска приняты и подтверждены всеми подвесками.
— Спасибо, канонир.
— Профиль Альфа-Квебек-Один-Семь — неожиданно объявил Стилсон МакДональд.
— Выполнять, — отрывисто произнёс Тремэйн.
— Есть выполнить Альфа-Квебек-Один-Семь! — ответил Адам Голбатси и послал команду, которая привязала всю первую волну ракет дивизиона к окончательному профилю атаки, только что приказанному Айварсом Тереховым.
Странное чувство — почти облегчение, или, возможно, заинтересованность — пронеслось по флагманскому мостику "Алистера МакКеона", когда всем на нём одновременно вздохнули.
То же понимание мелькнуло и на мостике "Квентина Сент-Джеймса", но Терехов, похоже, не обратил внимания. Его глаза, как и его мысли, были сосредоточены на главном тактическом дисплее, и эти глаза были словно кусочки голубого льда.
— Запускайте птички "Браво", — сказал он, и второй залп, такой же мощный, как и первый, вырвался из подвесок.
В тридцати секундах и 14.177.748 километрах от своих целей Марки-23E залпа "Альфа" операции "Азенкур" получили свои последние инструкции и переключились на профиль атаки AQ-17. Скорость их приближения выросла до 207.412 километров в секунду, шестидесяти девяти с небольшим процентов скорости света, что было в четыре с половиной раза больше максимума, которого могла добиться любая солярианская ракета при той же геометрии, и разница только вырастет в последние полминуты их существования.
Искусственные интеллекты ракет "Аполлона" беспокоился об этом или о собственном быстро приближающемся уничтожении, лишь постольку, поскольку это упрощало их задачу. Они просто подчинялись инструкциям, обрабатывая информацию от датчиков подчинённых ракет и сравнивая основы солярианской обороны с требованиями AQ-17. Требовались определённые незначительные поправки. ИИ внесли их и отослали новые инструкции.
Платформы РЭБ и обеспечения прорыва, включённые в залп, отреагировали.
Солярианская доктрина противоракетной обороны никогда не рассчитывалась на подобные плотности залпа. Традиционное планирование ПРО концентрировалось на определении атакующих ракет, которые с наибольшей вероятностью добьются попадания, и нацеливания на каждую из них нескольких противоракет. Но для этого не оставалось времени при такой дикой скорости сближения. Фактически было время лишь для одного запуска противоракет, прежде чем МДР полностью покинут зону обстрела, и даже при всех преимуществах дополнительных каналов управления который получила треть кораблей Крэндалл с оснащением "Эгидой", её супердредноуты могли запустить меньше двух тысяч противоракет за раз. Это соответствовало примерно одной на каждые 6,5 Марков-23, летящих им навстречу. И это было безнадёжно неадекватно при любых обстоятельствах.