— Конечно, это обязательно, — кивает Дамблдор, — и, скажем через неделю, после свадьбы, приступим?
— К-какой ещё свадьбы? — тут же спрашивают родители в унисон.
Дамблдор важно достаёт из мантии конверты, с завитушками и украшениями.
— Вот. Через неделю в «Норе» состоится свадьба Персиваля Уизли и Пенелопы Клиуотер, это приглашения, форма одежды свободно — нарядная, — Дамблдор улыбается, показывая, что пошутил. — Разумеется, если нет желания, то не приходите, на этот случай, Гермиона, я оставлю тебе блокнот с Протеевыми чарами.
— Да, профессор.
Родители, пошептавшись, приходят к решению.
— Хорошо, мы дадим разрешение, а вы дадите клятву! Но решение всё равно за Гермионой, и пусть она ещё подумает, и в любой момент до свадьбы может отказаться!
— Разумеется, — разводит руками дедушка Альбус. — Для этого я и оставляю вам блокнот.
— Мы посетим свадьбу, — перебивает его мама, — и там вы получите окончательный ответ.
— Меня это устраивает, — Дамблдор встаёт и подмигивает в мою сторону.
Понимаю, любит наш дедушка Альбус убивать трёх зайцев одним выстрелом и уважает «разумный риск», но все же, все же. Надо обдумать, в порядке разминки мозга. Чем лучше понимаешь Хитрый План, тем лучше, хоть и тавтология, но верная. Особенно потому, что Дамблдор не сообщает всех деталей, планировщик хренов!
— Тогда давайте покончим с формальностями, — предлагает директор и переходит от слов к делу.
Он даёт клятву, и титул его, длинный, как хвост динозавра, весьма впечатляет родителей. Так сказать, бонус к силе бороды, плюс пять к Харизме, и все такое. Родители подписывают какой-то официальный бланк, извлечённый Дамблдором из мантии. Директор поправляет очки, важно раскланивается, ещё раз подталкивает ко мне блокнот, и телепортирует. Хлопок настолько тихий, что если не прислушиваться, можно даже не обратить внимания. Ну, мало ли звуков вокруг, что-то там, на грани слышимости слегка прошелестело, даже внимания не обратишь.
Тоже так хочу, и что-то мне подсказывает, что так и будет, иначе к чему эти игры с разрешениями?
То есть получается, Дамблдор специально продемонстрировал такое, чтобы дать намёк? Или он просто торопился? Ох, беда, беда с нашим директором, как начинаешь его поступки крутить с точки зрения многослойной логики, так извилины заворачиваются и дымятся. И все же, все же, все же… ладно, спрошу у директора на свадьбе, как бы двусмысленно это не звучало.
Родители, отойдя от демонстрации возможностей магии, тут же поинтересовались, могу ли я также?
Честно отвечаю, что нет, но если научат — смогу. Родители весьма довольны, и тут же Джейн переходит в атаку, которую я мог бы предвидеть, но не догадался.
— Свадьба! Свадьба! Собирайся, Гермиона, мы поедем искать тебе подходящее платье!
Ыыыыы! За что мне это?!!!
Глава 2
Особняк рода Блэк, площадь Гриммо, 12. Заседание Ордена Феникса. 4 июля 1994 года.
Присутствуют: Альбус Дамблдор, Минерва МакГонагалл, Аластор Грюм, Рубеус Хагрид, Артур Уизли, Сириус Блэк.
Дамблдор: Коллеги и соратники! Причина, по которой я вас созвал, не только важна, но и сулит нам всем нехорошие времена. Очень нехорошие. Как сообщили мне недавно, Том Реддл, также известный как Волдеморт… и не надо морщиться, уж нам-то, Ордену Феникса, стыдно бояться упоминать его имя! Так вот, как сообщил мне наш человек…
Грюм: Северус Снейп?
Дамблдор: Да, Аластор, это Северус Снейп. Должен отметить, что реализация плана «Пророчество» прошла успешно, и укрепила его положение возле Волдеморта. Но также ближний круг Тома пополнился Пожирателями, не сидевшими в Азкабане, не утратившими рассудок и вполне способными рассуждать здраво. Например, Люциус и Нарцисса Малфои.
Блэк: Цисси стала Пожирательницей? Я думал, что пример Беллатрисы…
Дамблдор (мягко перебивает): Нарцисса хочет мести за погибшего сына, и поэтому пришла к Волдеморту. За собой она притащила Люциуса, который иначе долго колебался бы и лавировал. Напоследок он утащил с собой немало тайн Министерства, к сожалению. Но это все предыстория, слушайте дальше. Итак, с одной стороны ближний круг пополнился вменяемыми Пожирателями, с другой сам Том потерпел несколько неудач, заставивших его отступить и задуматься. Подозреваю, хотя и не могу сказать точно — в истории ещё не было мага с таким количеством крестражей — что уничтожение чаши и медальона снизило давление на душу и голову Тома. В результате у него наступил период просветления, и он стал разумнее. Не до конца, разумеется, но достаточно, чтобы осознать положение и поддаться на уговоры приспешников.