— Ну что, ты тоже мимо случайно проходил и решил поздороваться?
— Ну да, я, вообще-то, учусь здесь, а значит, иногда и в библиотеку хожу, — смеётся в ответ.
— Будешь делать предложение руки и сердца?
— Сделал бы, да смысла нет, — пожимает плечами.
Тааак, это уже ближе к делу. Теперь надо найти место, где можно присесть, не отморозив жопу, и поболтать. Хммм, найти пустой класс? Нет, не пойдёт. Кафе? Далеко и по снегу. Обеденный зал? Пойдёт, хотя обед уже прошёл, а до ужина ещё далеко.
— И почему же смысла нет? — делаю жест, мол, давай иди в Обеденный зал и вообще.
— Вот именно поэтому и нет, — ухмыляется Мигель.
— Не поняла.
— Да ты ведёшь себя как парень, — поясняет он.
Ну да, под это дело маску «пацанки» и натягивал во времена оны. Или просто притворялся, что маска есть, а вёл себя как ведётся. Не то чтобы давно дело было, но мозги тогда изрядно набекрень были, и при попытках вспомнить первый курс, всплывает тот ещё винегрет. Мозги и сейчас набекрень, но уже упорядоченно, из третьего курса, например, можно что-то вспомнить без необходимости сортировать мешанину образов, эмоций, безумия.
Мигель молчит, как будто все объяснил, и под это молчание доходим до зала.
— Иии? — вопросительно так тяну, усевшись напротив Мигеля.
— И все, — пожимает тот плечами.
— Так, Мигель, представь себе, что я не в курсе местных заморочек, и объясни подробно с самого начала, почему нет смысла, и к чему все эти танцы, которые длятся уже два месяца?
— Заметь, ты сама меня на Бал пригласила, — тут же быстро произносит в ответ. — И потом я к тебе больше не приставал.
— Не поняла.
— Ну, я тебе сейчас объясню, а ты меня прибить захочешь, — не менее быстро говорит, — вот и напоминаю на всякий случай, а то как-то неохота под удар попасть.
— Так ты же меня на дуэли победил!
— Разъярённая женщина непобедима, — качает головой. — Во всяком случае, так говорит мой дедушка, а уж он пожил и жизнь повидал!
Невольно оглядываюсь. В зале десятка два учеников, но вроде все заняты своими делами.
— И то, что ты просишь у меня разъяснений, как раз говорит о твоей неопытности в таких делах.
— Ну да. Откуда бы у меня был опыт?
— Как ты, наверное, знаешь, у магов очень ценится сила. Магическая сила, если непонятно.
— Как раз понятно, — киваю. — Но я здесь причём?
— После того, как маги проиграли сражение Церкви и вынуждены были отступить, спрятаться под Статутом, они ещё больше начали ценить силу. Вопрос-подсказка: как усилить свой род, свою семью?
— Жениться на сильной ведьме, понятно, — хмыкаю.
— И тут возникает коллизия, — важно поясняет Мигель. — Ведьма тоже хочет усилить свою семью, и не хочет переходить в другой Род, например. Пусть даже две семьи породнятся, всё равно усилится только одна из них. Бывало всякое, вплоть до того, что молодожёны убегали из семей и пытались основать собственный род, но такое редко у кого получалось. Всё-таки магов не так много, влиятельных семей и того меньше, и представители большей части их вон, по школе ходят. Ну и по Шармбатону тоже. Все друг другу родственники в двадцатой степени, что-то где-то друг про друга слышали и так далее.
— Угу, примерно представляю, — как же, как же, сила кровного родства во дворянстве и прочие вещи. Читал давно, но что-то на грани смутного понимания вертится. — Но всё равно, причём тут я и отсутствие смысла в предложении руки и сердца?
Нет, конечно, примерный вывод уже сделал, но раз Мигель готов рассказать, пусть рассказывает. До самого конца. Сказал «а», пусть говорит и «б», и «в», и вообще весь алфавит.
— Притом, что магглорожденные сильные ведьмы — это самый наилучший и безопасный способ усиления Рода, вот причём, — спокойно поясняет Мигель. — Ведьма входит в Род, приносит свежую кровь и силу, соответственно Род увеличивается в размерах и крепнет, а ведьма…
— Получает поддержку магической семьи, — вставляю свои пять копеек. — Взаимовыгодная сделка, что ж, это имеет смысл. Также мне тут подсказывают…
— Кто?
— Что кто?
— Кто подсказывает?
— Здравый смысл и логика мне подсказывают, — невозмутимо продолжаю, — что магические семьи ловко используют слабое знание магглорожденными магического мира, не так ли?
— Не без этого, не без этого, — кивает собеседник. — Но это уже детали.