— О'кей, — сказал Инскип. — Вы начальник.
Они стащили с кровати простыни и одеяло. Мейсон тщательно изучил матрац.
— Я не знаю, что вы тут высматриваете, — удивился Инскип, — но слышал, что пуля прошла не насквозь. Смерть была мгновенной, почти не было крови, только чуть-чуть у места ранения. Все впитал свитер.
— Хорошо. Видимых повреждений не видно, — сказал Мейсон.
— Уж не думаете ли вы, что что-то произошло и в этой комнате?
— Не знаю.
Адвокат высветил софитом край матраца.
— Помогите мне, — сказал он Инскипу. — Нужно перевернуть его.
— Любое пятно и кровавые пятна проступят, если намочить простыни.
— Знаю, — сказал Мейсон.
— Я… Смотрите! Что это?
— Да будь я проклят, — изумился Инскип. Они вдвоем поставили матрац на край и увидели маленькую круглую дырочку.
— Похоже, кто-то стрелял сквозь матрац, причем револьвер был направлен под углом так, что пуля не могла вылететь.
— Давайте поищем ее, — сказал Мейсон.
— Как мы будем это делать? Мейсон просунул палец в отверстие.
— Так не получится. Давайте посмотрим, нет ли чего-нибудь, чем ее можно было бы вытащить.
— В туалете есть проволока для белья, — сказал Инскип, — а у меня есть кусачки, Я всегда их с собой таскаю: никогда не знаешь, что может понадобиться в нашем деле. Давайте-ка я!
Инскип отрезал прямой кусок проволоки, пока Мейсон держал матрац.
Детектив просунул проволоку в отверстие в матраце на несколько дюймов.
— Вот она. Я чувствую, проволока наткнулась на что-то твердое.
— Вы сможете подцепить ее этой проволокой и вытащить? — спросил Мейсон.
— Попытаюсь. Сделаю петлю.
Инскип воспользовался кусачками, затем снова засунул проволоку в дырку, задвигал ею туда-сюда, вверх-вниз.
— Кажется, что-то подцепил. — Он протащил это «что-то» пару дюймов, затем проволочка соскользнула. — Надо, наверное, уменьшить петельку.
Он вновь начал работать над проволочкой, затем засунул ее в отверстие.
— Сейчас я ее вытащу, — пообещал он.
Он потащил проволочку назад. Из отверстия вылез и упал между пружинами металлический предмет. Инскип определил:
— Пуля 38-го калибра.
Мейсон стоял неподвижно, его глаза были задумчиво полуприкрыты.
— Ну? — спросил Инскип.
— Давайте-ка застелим кровать, — сказал Мейсон. — Положите матрац на место.
— Что дальше?
— Возьмите острый нож и сделайте пометку на пуле, чтобы вы могли узнать ее. Лучше всего пометить у основания. Постарайтесь не слишком уродовать пулю.
— Что потом?
— Оставьте пулю у себя. Никому ее не давайте, что бы ни произошло.
— Нет, погодите, лучше возьмите ее себе, — сказал Инскип.
Мейсон отрицательно покачал головой:
— Мне бы не хотелось быть еще свидетелем плюс к тому, что я защитник. Я хочу, чтобы ее взяли вы. И хочу, чтобы она постоянно была при вас. Никому ее не давайте. Возьмите какую-нибудь мягкую ткань и заверните в нее пулю так, чтобы не стерлась ни одна царапина.
— Что дальше?
— А дальше мы кончим застилать постель, и вы отправитесь спать.
— Но как, черт возьми, эта пуля попала в матрац?
— А вот это-то мы как раз и собираемся выяснить.
— Нужно ли об этом кому-нибудь сообщить?
— Не сейчас, — сказал Мейсон. — Полиция засмеяла бы нас, заявив, что мы все подстроили.
— Позже будет много хуже, — заметил Инскип.
— Знаю, — ответил Мейсон. — Поэтому и хочу, чтобы вы взяли пулю. Какой у вас опыт? Вы давно занимаетесь этим делом?
— Да, достаточно давно. Я был заместителем шерифа некоторое время, затем уехал в Лас-Вегас и работал там. Служил в охране, когда мимо проезжал Нувэ Дэм. Я был властью, а теперь работаю частным детективом.
— Случались ли когда-нибудь неприятности?
— Нет.
— Ничего такого, что можно было бы на вас повесить? Вы неуязвимы в этом отношении?
Инскип отрицательно покачал головой:
— Я чист.
— Отлично, — сказал Мейсон. — Сохраните эту проволочку, чтобы вы могли показать ее, если понадобится.
— Что необычного в этой пуле? — спросил Инскип.
— Понятия не имею. Это то, чего я еще не знаю.
— Ладно, звоните в любое время.
— Вы собираетесь сообщить об этом в полицию? — спросил Мейсон.
— Да, мне бы хотелось, мистер Мейсон.
— Не делайте этого до десяти часов. Я хочу первым заявить об этом полиции, а затем можете вы…
— Давайте не будем говорить о расписании, — прервал его Инскип. — И поступим так: я сказал вам, что полиция должна узнать об этом, и вы ответили, что собираетесь сообщить туда. Ладно?