Далее, ЛИТВИНОВ мне заявил, что поскольку в Испании сейчас работает ШТЕРН Григорий Михайлович, которого он хорошо знает по Москве и Наркомату Обороны и с которым у него имеются давнишние связи, нужно чтобы я — Кольцов, передал ШТЕРНУ нашу точку зрения о необходимости скорее свернуть войну в Испании. ЛИТВИНОВ добавил: «пусть ШТЕРН добивается этого, пользуясь своим положением в Испании».
Вопрос: Вы точно помните, что именно к ШТЕРНУ адресовался ЛИТВИНОВ с поручением — сорвать борьбу против фашизма Республиканской Испании?
Ответ: Я точно помню, что ЛИТВИНОВ, говоря о необходимости прекращения войны испанского народа против фашизма, заявил, что это конкретное поручение я должен передать именно ШТЕРНУ. Больше того, по приезде в Испанию, я тотчас же передал по назначению это указание ЛИТВИНОВА.
Вопрос: То есть передали обо всем ШТЕРНУ?
Ответ: Да.
Вопрос: А как он отнесся к предложению ЛИТВИНОВА?
Ответ: ШТЕРН мне заявил, что он такого же мнения, как и ЛИТВИНОВ и что по его наблюдениям гражданская война в Испании обречена на неудачу. Далее ШТЕРН сказал, что будучи главным военным советником при республиканском правительстве, он сделает все от него зависящее, чтобы эту войну прекратить.
Вопрос: Вы оговариваете ШТЕРНА, чтобы за его спиной прикрыть свою собственную подрывную работу в Республиканской Испании?
Ответ: Я говорю так, как было в действительности и знаю, что оговор не облегчит, а напротив ухудшит мою участь, прибавив новое преступление к уже имеющимся, за которые я несу теперь ответственность. Тем не менее, я снова утверждаю, что все мои показания в отношении не только ШТЕРНА, но и других, от начала до конца правдивы и могут быть проверены следствием.
Вопрос: Ваши показания мы проверим, но предупреждаем, что за ложь и оговор вы будете отвечать особо.
А сейчас скажите, неужели ШТЕРН расчитывал собственными силами справиться с такой задачей, как срыв и прекращение войны испанского народа против фашизма?
Ответ: ШТЕРН имел не мало сторонников своей точки зрения о необходимости поскорее прекратить войну в Испании.
Вопрос: Кто — они?
Ответ: Я говорю, во-первых, о сторонниках ШТЕРНА из испанцев и, во-вторых, о его сторонниках из среды советских работников, находившихся в Испании.
Вопрос: Назовите персонально испанцев, стоявших на позициях поражения своей страны в борьбе против агрессии и фашизма?
Ответ: ШТЕРН был тесно связан с ПРИЕТО, занимавшим пост военного министра, пораженчески настроенным, правым социалистом и со сторонниками ПРИЕТО в лице РОХО, являвшегося начальником генерального штаба, ВАЙО — генерального комиссара Республиканской армии и его заместителя — ПЕСТАНЬЯ.
Вопрос: А кто из советских работников вел пораженческую работу в Испании?
Ответ: Пораженческую работу в Испании вели: ПАВЛОВ Дмитрий Григорьевич, руководивший танковыми частями, а затем сменивший его — ГРАЧЕВ и советники по военно-политическим делам ряда испанских фронтов. НЕСТЕРЕНКО, КАЧАЛИН, БУКСИН, партийный организатор советской колонии ФЕДЕР и я — Михаил КОЛЬЦОВ.
Вопрос: Известна ли вам их дальнейшая судьба?
Ответ: ФЕДЕР до дня моего ареста находилась в Испании, а все остальные, перечисленные мною лица выехали в СССР, но в Москве я с ними больше не встречался.
Вопрос: Какие основания есть у вас заявлять, что эти лица вели пораженческую работу в Испании?
Ответ: Со всеми названными выше лицами я лично был связан по предательской работе в Испании.
Все они, в частности, приняли участие в совещании, созванном ШТЕРНОМ со специальной целью — обсудить вопрос о дальнейших мероприятиях по срыву и прекращению гражданской войны в Испании. В этом совещании кроме меня, ШТЕРНА, ПАВЛОВА, НЕСТЕРЕНКО, БУКСИНА и ФЕДЕР приняли также участие представители испанской стороны, стоявшие на позициях поражения.
Вопрос: А именно?
Ответ: В совещании приняли участие ПРИЕТО, РОХО, ВАЙО и ПЕСТАНЬЯ.
Вопрос: Где и когда происходило это совещание?
Ответ: В июле 1937 года, в здании советского полпредства, в Валенсии.
Вопрос: Какое решение было вами принято?
Ответ: Все мы пришли к единому мнению о необходимости всячески срывать военные операции под разными предлогами добиваясь и осуществляя задержку военных частей в резерв и в тылу, якобы, для накопления сил, отдыха и обучения.