— Увы, — Мими обняла женщину. Девушке было искренне жаль знакомую, которой судилось скоро умереть.
— Люцифер знает?
— Нет, и не должен. Пообещай мне, — строго промолвила Уокер, косясь на часы. — Нам следует поторопиться.
— Ты хоть скажешь ему?
— Как только покончим с делом, — заметив на себе печальный взгляд, Виктория раздраженно выпалила:
— Не смей этого делать.
— Делать что?
— Жалеть меня. Не надо.
Мими вздохнула и принялась за работу.
Демонесса так и не могла совладать с собой после услышанной информации. Поэтому было принято решение отправить Викторию к «нелюбимым детишкам», как их окрестила Мими, с высоким хвостом и лёгким макияжем, среди которого заметно выделялись лишь алые губы. Из Ада демоница приволокла сногшибательное винное платье миди на бретельках и с глубоким вырезом на спине. Шёлковая ткань плотно прилегала к женскому телу, очерчивая все его изгибы и подчёркивая совершенство сочных грудей и тонкой талии. Разрез, что доходил до середины бедра, показывал миру стройную ножку в чёрных замшевых ботинках на толстом каблуке.
А вот с шеей получилась незадача — пришлось замазывать страдалицу десятью слоями тоналки и надеяться, что никто не будет сильно приглядываться. Время на поиски нового платья не было, так что Мими облачила Викторию в кожаную куртку под цвет ботинок, дабы скрыть следы страсти Люцифера на предплечьях запястьях. Смотрелось сносно, хоть и у дьяволицы душа болела, что пришлось скрыть такую изящную спинку.
— Сатана отпустит Люцифера в девять, он точно примчится сюда снимать с нас шкуры, — Мими расправила несуществующую складку на груди женщины. — Не сомневаюсь, что он догадался. Просто будем молиться, что нам сильно не влетит. И очень надеюсь, что твой прекрасный наряд поспособствует смягчению наказания, — она ухмыльнулась, подмигивая.
— Как ты вообще уговорила Сатану помочь нам? — Виктория наблюдала за сосредоточенным лицом Мими, пока та вешала ей на шею какую-то золотистую подвеску.
— Защищает от воздействия, — пояснила брюнетка. Виктория хотела было сказать что-то из разряда «это лишнее», но передумала, увидев отражение в зеркале — побрякушка явно смотрелась к месту. — А Сатана вообще нормальный мужик, с ним вполне можно договориться.
Они приехали по адресу, предоставленному Эдгаром, ровно в семь часов. Мими осталась в машине. А Виктория тем временем, превозмогая дрожь в коленях, постучала в дверь. Открыли ей не сразу, выждав несколько долгих минут и прямо с порога попросив паспорт.
Она долго осматривалась по сторонам, пытаясь найти хоть кого-то, кроме прислуги, но её попытки не увенчались успехом. Вскоре к ней подошёл паренёк в смокинге и провёл в какую-то душную комнату. Сначала ей казалось, что тут пусто. Но тут на неё направили прожектор и белый свет ослепил синие радужки, норовясь их выжечь к чертям собачьим. Женщина даже выставила раскрытую ладонь перед собой, дабы уберечь сетчатку от яркого губительного света.
— Представься, прелестное создание, — произнёс вкрадчивый баритон из темноты.
— Алиша Купер, — еле выдавила из себя Виктория, следуя легенде, что они с Мими и Эдгаром придумали накануне. — Мне отец сказал прийти сюда.
На мгновение прожектор потух, а затем помещение озарил яркий свет хрустальных люстр под высоким потолком. Раздался оглушительный звук аплодисментов.
— Привет, Алиша! — хором произнесли молодые люди в зале. — Добро пожаловать в «Светлое Будущее Милуоки»!
«Такое светлое, что ослепнуть можно!» — мысленно съязвила Уокер, до сих пор чувствуя боль и жжение в глазах.
Их чрезмерно счастливые лица и уж слишком машинальные движения наталкивали Викторию на мысль, что её занесло не во что иное, как в секту, где всем основательно промыли мозги. Находиться под взором двух десятков стеклянных глаз было как минимум неприятно, а как максимум — страшно до чёртиков и болезненного комка в животе. Ей хотелось поскорее убраться отсюда, но для начала нужно было выманить хоть немного информации.
Хоть как-то выдохнуть она смогла только лишь когда внимание к её персоне утихло.
Пить что-то здесь — сродни дебилизму в крайнем его проявлении, но чтобы не выделяться из толпы, пришлось подрезать бокал шампанского у одного из стоящих неподалёку официантов. Так и ходила она с этим бокалом большинство времени, пытаясь заговорить хоть с кем-то. На её вопросы никто ничего внятного ответить не мог, и она уже было подумала, что Люцифер мог быть чертовски прав по поводу этой затеи — она максимально глупая. Но вдруг Уокер наткнулась на оплот адекватности в виде тучной темнокожей девушки.
— Новенькая, зря ты сюда пришла, — покачала головой она, исподлобья зыркая чёрными радужками на женщину.
— Что ты знаешь? — Виктория не сводила с неожиданно заговорившей брюнетки взгляда. Та также пристально вглядывалась в женское лицо.
— Только то, что ты выдаёшь себя не за ту, кем являешься и это может сыграть с тобой злую шутку.
Девушка резко преодолела расстояние между ними и схватила Уокер за локоть.
— Вики, или как там тебя на самом деле? — пронзительные чёрные глаза сканировали вытянувшееся лицо Виктории, пока та пыталась понять, где она прокололась. — Твоё главное достоинство погубит тебя, если не унесёшь отсюда ноги сейчас же.
— Кто ты?
— Я — Тина. Это всё, что тебе следует знать. Они все знают, что ты «самодостаточный октябрь», и тебе…
Закончить предложение темнокожей не дала чья-то рука, что бесцеремонно легла ей на плечо. Она подскочила от неожиданного жеста и мелко задрожала.
— О чём шепчетесь, девочки? — мужской голос звучал до одури жутко, словно с ними разговаривал не простой человек, а какой-то робот. Что-то металлическое явно присутствовало в его тоне.
Лицо рыжего паренька, что материализовался из-за спины Тины, оказалось слишком близко к шее Виктории. Она даже чувствовала его дыхание на себе. Пришлось резко отпрянуть. Темнокожая девушка побелела на несколько тонов, шепча губами лишь одно слово, от которого кровь в жилах застыла на мгновение: «Беги!».
Бокал из её рук упал к ногам и разбился вдребезги. Виктория рванула, словно ошпаренная, к выходу, сметая несчастных официантов, что попадались на пути. Слыша возню и прерывистые звуки шагов за спиной, не оборачивалась. Она не помнила толком, как влетела в машину к Мими, испугав девицу чуть не до полусмерти. Ни того, как её дрожащие руки лишь с пятой попытки умудрились попасть в замочную скважину ключом.
Она даже не включала свет. Лишь судорожно пыталась закрыть дверь, но не смогла из-за дичайшей нервозности и тремора в руках.
— Ты можешь объяснить в чём дело? — демонесса начала откровенно психовать, вырвав ключ из дрожащих рук женщины.
— Закрой на два оборота, — всё, на что у Виктории хватило сил.
Лишь услышав два щелчка в замке, она вздохнула с облегчением. Виктория отдёрнула руку дьяволицы от включателя, когда та захотела включить свет. Нельзя было выдавать своё месторасположение никаким образом. Вдруг там кто-то стоит под окнами и высматривает? Звучит как бредни параноика, но всякое может быть.
— Люцифер был прав, мы… Точнее, я вляпалась в дерьмище… Они явно знали, кто я на самом деле!
— Я всегда прав, — метал скрежетал в голосе, что раздался из гостинной.
Сердце Виктории в пятки ухнуло — ей для полнейшего счастья не хватало только палева перед Люцифером.
— Люцифер, я всё могу… — Мими впорхнула в комнату, но тут же в воздухе испарилась.
Виктория с опаской вошла следом. Дрожь в коленях усиливалась с каждым шагом. Она не видела в темноте ничего, кроме горящих красным пламенем глаз. Лицо демона тускло освещал бледный свет восходящей луны, но даже этого было достаточно, чтобы разглядеть, насколько сильно заострились его черты.
— Куда ты дел Мими? — набравшись смелости, еле выдавила из себя Виктория.
— Не переживай, жива. Пока.
— Люцифер…
— Закрой рот, пока я не разрешал говорить, — его приказной тон не оставлял ей возможности вставить и слова.
Тяжелый вздох вырвался из мужской груди.