Абдулла разогнал повозку сверх всякой меры, и Богдану даже стало казаться, что Ничипорук решил устроить еще одну автокатостофу, но водитель сжимал в руках руль уверенно, и лишь шины душераздирающе визжали на поворотах.
«Нервничает», – сочувственно думал Богдан.
«Психует!» – злорадно думал Баг.
«Иншалла», – отстраненно думал Ширмамед.
Повозка достигла больницы «Милосердные Яджудж и Маджудж» в рекордные сроки. Баг решил, что и сам не смог бы добраться быстрее. Да, неплохой мотор у этого «мерседеса», только внутри повозка подкачала – тесновато и потолок низкий. И пепельница неудобная. Что Абдулла нашел в этих заграничных повозках?
– Завтра я не смогу вас сопроводить, – извиняющимся голосом сообщил Ничипорук, высадив седоков у больницы и выходя за ними следом, – но пришлю старшего вэйбина, чтобы он указал дорогу, сами вы не найдете.
– Мы вам признательны за помощь, единочаятель Абдулла, – сдержанно поблагодарил Богдан. – Если что-то вдруг выяснится, прошу вас не считаясь со временем немедленно связаться со мной.
– Да уж, кончено! Поиски взяты мною под личный контроль. Я отслеживаю ситуацию и днем и ночью. Где вы остановились, куда мне прислать провожатого?
– Постоялый двор «Меч Пророка». К десяти часам утра, – молвил Кормибарсов. – Поспешим, Богдан. Проведаем молодую, – Он коротко кивнул Абдулле и направился ко входу в больницу.
– Наставник, – повернулся Богдан к даосу, – окажите нам честь быть завтра в «Мече Пророка» в это время! Примите… – Богдан достал пару связок чохов, – примите на счастье!
Баг взял из рук друга «мзду на счастье», выразительно показал ему глазами на ожидавшего Абдуллу, беззвучно шевельнул губами: «Задержи!» – низко поклонился и отступил в темноту кустов.
– Единочаятель Абдулла, – Богдан положил Ничипоруку руку на плечо, – не откажите мне еще в одной маленькой услуге…
– Я слушаю, еч Богдан, – в голосе Абдуллы нетерпение проступало все явственнее.
«Куда ж ты так торопишься-то? – Невидимый в темноте Баг подкрался сзади к немецкой повозке. – Сказано же: не благоприятно тебе «иметь, куда выступать». Удачи не будет. Сиди и жди, никуда не выступая, мы сами придем». – Он осторожно ощупал крышку вещника, нашел отпирающую ее кнопку, нажал, придерживая сверху.
– Нельзя ли завтра с вашим вэйбином получить подробную карту той местности, – продолжал Богдан, – это нам будет вовсе нелишним…
– Непременно, еч Богдан, все что вам потребуется. Ну, а сейчас я должен спешить: поиски пропавшего преждерожденного Кова-Леви не прекращаются ни на минуту, и мой долг обязывает меня быть в зиндане. Кроме того, у нас убийца не схвачен. Наверное, вы слыхали об убийстве дервиша Хикмета? Так что постарайтесь понять…
– Разумеется, я понимаю.
Баг ужом проскользнул в вещник повозки. Не пришлось даже принимать позу «нефритового утробыша»: внутри было пусто и вполне просторно. Сюда вполне могло поместиться два Бага и очень много мечей.
Подцепив ножом крышку, он аккуратно прикрыл вещник и оказался в полной темноте.
Минуту спустя Баг почувствовал, как повозка дважды всколыхнулась, приняв в себя тяжесть двух тел; потом хлопнули дверцы, и повозка тронулась с места.
***
Где-то в окрестностях Асланiва,
три часа спустя.
Тиха асланiвськая ночь…
Баг сидел у фонаря на обочине дороги и всматривался в темноту. Ни повозки, ни грузовика – все будто вымерло этой замечательной ночью! С другой стороны, в обычаях человеческих спать по ночам, ведь еще великий Конфуций на вопрос пытливого Мэн Да, можно ли в ночное время суток составить далеко идущие замыслы или хотя бы приблизиться к постижению главного, отвечал: «Уху! Глупец! Благородный муж ночью спит!». Баг не знал пока, сколько благородных мужей приходится на каждую сотню жителей этого уезда, но так или иначе жители асланiвських окрестностей предпочитали этой ночью спать, а не ходить или ездить, отдавая тем самым должное мудрым советам Учителя.
Между тем, Багу позарез нужно было в город. И он уже десять раз пожалел, что так глупо разбил телефон, спасая от незаслуженных увечий неизвестного нахального кота. Теперь оставалось только досадовать на эту глупую случайность. С другой стороны, взять с собой телефон, будучи даосом, Баг никак не мог: во-первых, у ордусян существовало твердое представление о том, что бродячие даосы телефонами, тем более переносными, не пользуются, ибо, не соблазняясь сиюминутным, думают о вечном и брезгуют иметь отношения с новомодной техникой; а во-вторых, хорош бы он был, стоя у алтаря или гадая по гексаграммам, ежели б в тот момент в рукаве запиликала трубка. Но вот сейчас, именно сейчас телефон Багу был просто необходим: он стоял столбом на ночной дороге, в неведомом месте, не зная, какое направление избрать, и по дороге за полчаса не проехало ни одной повозки, ни легковой, ни грузовой, чтобы подвезти пожилого бродячего даоса хотя бы до окрестностей Асланiва, куда даос ой как торопился.