Адвокат подождал, пока кончик карандаша не застыл на месте, что означало, что Делла Стрит, наконец, успела записать то, что так быстро произносила женщина на другом конце провода.
— Вы считаете, мисс Мартель, что одного звонка от вас достаточно, чтобы адвокат бросил работать по делу? — поинтересовался Мейсон.
— Конечно, нет, — резко ответила она. — Я не такая дура, чтобы тратить свое и ваше время. Позвоните по номеру Грейстоун девятьсот тридцать пять тридцать пять и попросите позвать Эдварда Картера к аппарату. Представьтесь и скажите ему, что Вера Мартель только что связывалась с вами и просила передать: «Ваши отпечатки пальцев перекрывают отпечатки человека, которого вы пытаетесь защитить». Вы поняли, мистер Мейсон? Просто передайте ему мое послание. Больше ничего не говорите. Еще раз повторяю номер телефона: Грейстоун девятьсот тридцать пять тридцать пять, хотя я практически уверена, что ваша очень симпатичная секретарша сейчас или стенографирует наш разговор, или он записывается на пленку. Никаких комментариев не требуется, мистер Мейсон. Ваш клиент — дурак. Пока!
На другом конце послышались короткие гудки.
Мейсон и Делла Стрит положили трубки на своих аппаратах.
— Ну? — спросил адвокат.
— Боже праведный, ну и речь! — воскликнула Делла Стрит. — Кажется, мне все удалось застенографировать, но это было совсем не просто. Как из пулемета строчила. Пятьсот слов в минуту.
— Что еще скажешь?
— Мисс Мартель прекрасно информирована о том, что происходит с людьми, которых она пытается шантажировать.
— Еще как!
— У тебя есть какие-нибудь идеи о том, как это у нее получается? — спросила Делла Стрит.
— Пока нет.
— А что скажешь о том, что Эдвард Картер — это на самом деле Картер Джилман?
— Это не новость, по крайней мере, для нас.
— Тогда откуда она об этом знает? Очевидно, он представился нам под ложным именем, чтобы сбить тебя со следа, в результате чего мисс Мартель не стала бы садиться тебе на шею — и вот не прошло и четырех часов, как он от нас ушел, и она звонит и велит тебе не совать нос в чужие дела.
— Давай проверим ее информацию, Делла, — решил Мейсон. — Мы обязаны сделать это ради нашего клиента и для себя лично. Позвони по номеру Грейстоун девятьсот тридцать пять тридцать пять и попроси мистера Картера.
— А разве так мы не сыграем как раз ей на руку?
Мейсон улыбнулся.
— Пока мы работаем вслепую, Делла, — ответил он.
Делла Стрит набрала нужный номер, попросила пригласить к аппарату мистера Картера, затем кивнула Мейсону.
Адвокат поднял трубку у себя на столе.
Через минуту несколько удивленный голос спросил:
— Алло, с кем вы хотели поговорить?
— Мистер Картер, это Перри Мейсон, адвокат.
— Что?!
— Мне повторить? Это Перри Мейсон, адвокат.
— Боже праведный!.. Я же велел вам не звонить мне ни при каких обстоятельствах! Как, черт побери, вам удалось меня здесь найти? Что вам нужно?
— Мне только что звонила мисс Мартель, — сообщил Мейсон. — Посоветовала связаться с вами по этому номеру и просила передать следующую фразу: «Ваши отпечатки пальцев перекрывают отпечатки человека, которого вы пытаетесь защитить». Вам эта фраза что-нибудь говорит?
Последовало долгое молчание.
— Вы меня слышите? — уточнил Мейсон.
На другом конце провода заговорили дрожащим тихим голосом:
— Да, слышу… Я пытаюсь думать… я… что вам удалось сделать и настоящему моменту, мистер Мейсон?
— Я нанял частное детективное агентство, которое сейчас проводит расследование. Они работают и у нас в городе, и в Сан-Франциско, где у них есть представительство.
Внезапно голос на другое конце стал более решительным.
— Хорошо, мистер Мейсон. Теперь я понимаю, что все гораздо более серьезно, чем я предполагал, обращаясь к вам. Мне придется изменить кое-какие указания.
— Минутку, — перебил Мейсон. — Пока вы для меня — лишь голос по телефону. Я ни от кого не принимаю указания таким образом. Вы в состоянии как-то себя идентифицировать?
— Я приходил к вам в контору сегодня утром, мистер Мейсон. Я вручил вам одну пятисотдолларовую купюру, две стодолларовые и одну пятидесятидолларовую. У меня на руках расписка, выданная вашей секретаршей Деллой Стрит.
— Этого недостаточно, — заявил Мейсон. — Что-нибудь еще?
— Боже праведный, мистер Мейсон! Мы говорим о серьезном деле. Разве недостаточно, что я заплатил вам крупный аванс, а вы его приняли?
— Раз уж вы задали этот вопрос, я вам отвечу: нет, недостаточно. Мне требуется точная идентификация.
— Ладно, наверное, мне придется выложить все карты на стол. На самом деле меня зовут Картер Джилман. Я записался на встречу с вами, как Эдвард Картер. Когда я вошел к вам в контору, я извинился за опоздание, а вы ответили, что с нашей ситуацией на дорогах вы всегда выходите так, чтобы приехать на назначенную встречу на несколько минут раньше, а тогда, если вы попадаете в пробку, вы не заставляете другого человека ждать, потому что у вас есть несколько минут в запасе. Ваша секретарша сидела справа от вас за небольшим письменным столом, на котором стоял телефон, и стенографировала наш разговор. Сразу же после того, как мы с вами пожали друг другу руки, она всучила мне расписку. После этого я ушел.
— Как вы были одеты?
— В коричневый костюм, серый галстук с красными полосками по диагонали, коричневые с белым ботинки, очки в черепаховой оправе. Мистер Мейсон, то, что вы мне сказали, для меня неожиданно. Послание от Веры Мартель означает, что люди, которым я доверял, на самом деле ополчились против меня. Теперь я признаю, кто я на самом деле. Я и есть Картер Джилман. Очень важно, чтобы вы в точности выполнили все о чем я попрошу. Я могу доверять своей дочери Мьюриель. Она очень расстроена, потому что я сегодня утром ушел из дома, не попрощавшись. Она приезжала ко мне в контору, расположенную в здании «Пьедмонт», и выяснила у моей секретарши, Матильды Норман, что могло со мной произойти. Я собираюсь созвониться с дочерью и успокоить ее. Я дам ей несколько очень точных указаний. Она приедет к вам в контору и все передаст. Я прошу вас воспринимать слова Мьюриель так, словно они исходят от меня лично. Она сообщит вам определенную конфиденциальную информацию, которую я боюсь обсуждать по телефону. И, мистер Мейсон, пожалуйста, не недооценивайте Веру Мартель. Меня очень беспокоит тот факт, что она знает, что в настоящий момент меня можно застать по этому номеру. Она передала вам то послание с единственной целью: заставить меня обратиться в бегство и отменить данное вам задание. Теперь она в курсе, что я у вас консультировался, понимает, что дело принимает новый оборот и что я стану действовать открыто и намерен бороться. Я не буду больше представляться Эдвардом Картером, другом семьи. Через десять минут моя дочь Мьюриель позвонит вам в контору. Нет, наверное она прямо к вам приедет. Это не отнимет много времени. Пожалуйста, выполните все, о чем она попросит.
— Минутку, — перебил Мейсон. — Вы слишком быстро сдаете карты, мистер Джилман. Вы хотели, чтобы я разузнал что-то из прошлого миссис Джилман, дающее повод для шантажа. Теперь вы внезапно решаете полностью изменить задание и поручаете мне совсем другое дело.
— А какое значение имеет то, о чем я вас прошу, мистер Мейсон, если я плачу по счету?
— Разница большая, — ответил адвокат. — И, кстати, выполнение вашего нового задания может оказаться значительно дороже того, для которого вы меня нанимали сегодня утром.
— Хорошо, мистер Мейсон. Я прослежу, чтобы ваши услуги были должным образом оплачены. Если вы помните, я не только заплатил вам аванс в размере семисот пятидесяти долларов, но и передал вам права на всю технику и личную собственность у меня в мастерской. Я не представляю, почему у вас в голове возникла подобная идея, однако, теперь могу сообщить, что если вы вместе с Мьюриель съездите в мастерскую, вы увидите, что по полу разбросана довольно крупная сумма денег. Они также предназначаются вам. Их должно хватить, пока вы снова от меня не услышите. Пожалуйста, оставайтесь на месте до появления Мьюриель.