Ничего себе! Мой Ватсон, оказывается, отслеживает малейшие изменения в облике начальницы, чтоб угадать, в каком она расположении духа.
— Так я дождусь ответа на свой простой вопрос? — я уже рявкнула на него, чтоб отвлечь от опасных мыслей.
— О бровях? — Лафер пошел пятнами.
— О моих утренних планах!
— Ой, — простите, Бренда, — потупился ассистент, — да, конечно же. Сестра жертвы, Аника Шеллест, уже прибыла для допроса.
— Они с мужем отдельно приехали? — осведомилась я.
— Да, конечно же, как вы и велели. Донна Шеллест и сама настаивала на приватной аудиенции.
Лафер понизил голос.
— Она доказывает, что у нее есть информация, способная изменить ход следствия!
Что ж, очень удачно, когда информация есть у кого-то другого, кроме меня. Самое время ее выпытать, и может быть, вписать на идеальную доску расследования свои соображения.
С утра мне уже самой очень хотелось сыграть роль гениального сыщика в этом странном сериале, в который я вроде бы попала.
С Аникой Шеллест мы встречались в той же допросной, которая на этот раз выглядела более присутственно, что ли. Сестра жертвы в число подозреваемых не входила, поэтому и обстановка была чуть неформальнее. Перед моей собеседницей поставили чашку кофе и блюдце с печеньем. По виду — овсяное с шоколадной крошкой.
Супруга начальника Матиаса Колера выглядела очень представительно. Причем в любом из миров. Потому что язык роскоши в переводчиках не нуждается. Мочки маленьких аккуратных ушек Аники оттягивали золотые серьги с крупными камнями.
Тонкие пальчики были унизаны колечками с такими же самоцветами. Ноготки свидетельствовали о наличии в Зидаире маникюрных кабинетов.
Донна Шеллест была женщиной ближе к пятидесяти, но очень ухоженной. Длинные волосы уложены в прическу, такую замысловатую, что мне показлось, будто отдельные завитки переплетаются в буквы, и я чуть не кинулась расшифровывать тайное послание.
Одежда на свидетельнице была элегантная, хоть и траурная. Она же по невинно убиенному брату скорбит.
— Соболезную вашему горю, — вылетело у меня по земной привычке.
Донна Шеллест чуть не подавилась кофе.
— Вы сегодня какая-то другая, — сказала она удивленно.
Ох, ну вот еще только перед свидетельницей спалиться не хватает. И я принялась повторять внутреннюю мантру доктора Хауса. «Эврибади лайс!» Для начала прищурилась и отодвинула стул для себя ногой.
Потом присела, и, многозначительно побарабанив по столу пальцами, спросила:
— Так что вы хотели сообщить мне наедине?
И брови свела на переносице, надеюсь, получилось очень страшно. Потому что на самом деле они у Бренды нещипанные.
Аника поставила свою чашечку на стол и вздохнула.
— Мой брат не был святым человеком, — сказала она.
— Как вы это определили? — нет, я понимала, что святые люди даже в фэнтези-мире вряд ли существуют. Но раз уж решила выражать недоверие, надо соответствовать.
Тем более, на Шеллест моё подозрительное шипение отлично действует. Кажется, даже камни в ее серьгах слегка тускнеют и покачиваются через раз.
— Я еще со школьных лет это поняла, — призналась безутешная сестра почти шепотом, — Гриня меня младше на шесть лет. Это много. И конечно он для моих родителей всегда был «маленьким». Мне приходилось постоянно с ним нянчиться, и уступать почти во всём. Потому что я же старшая!
Аника вздохнула.
Прекрасно ее понимаю. Такой, как она, вообще обидно быть старше кого-то, хоть на день. А тут еще и все привелегии у вредного мальчишки.
— Это вы упросили мужа назначить вашего брата на должность? — грозно протянула я.
— Нет, конечно! Вы уже меня об этом в прошлый раз спрашивали! — возмутилась Аника. — Неужели забыли, что я говорила?
— Это такие фильтры! — я сделала хищное лицо. — Проверяю, как вы отвечаете на один и тот же вопрос.
— Какая интересная методика! — недовольство внезапно сменилось уважением. — Нет, как я уже говорила, когда мы наконец стали жить отдельно от родителей, я перестала оказывать покровительство Григору. Сказала, что взрослый мужчина сам должен пробиваться в этой жизни. Я же смогла!
Вряд ли, конечно, парень, в котором кроме лысины нет ничего примечательного, смог бы пробиться как его сестра. Ей наверняка муж драгоценности покупает и косметологов оплачивает. Но на этот раз я решила смолчать и только зловеще кивнула. Еще интереснее, как же господин пострадавший получил теплое местечко в министерстве Магии.