— Ну, что там? — спросил Бухаев.
— Я помню, что я не обещал её забрать с Артёмом от тёщи, а она говорит, что мы договаривались. Что за дела? — недоумевал Алексей.
Бухаев сделал вид, что пристально что-то разглядывает в кухонном окне. Иванов думал примерно минуту, потом его выражение лица приняло вид, как у человека, осознавшего суть проблемы.
— Ага, это очередной глюк. Этот паук же говорил, что в одной реальности всё происходит как обычно, а в другой я с ним общаюсь. Спасибо, Миш, теперь всё время так будет? — спросил Иванов.
— Не знаю, ты главное развод не профукай, а то в одной реальности ты будешь платить алименты, а в другой нет. Будешь потом «невинных» мошенников винить в том, что с карточки деньги куда-то улетают. А сейчас поехали за твоей семьёй. Потом меня отвезёшь домой, — хлопнув напарника по плечу, сказал Бухаев.
Глава 34
Чуть позже Алексей забрал свою семью от тёщи и отвёз Бухаева домой. Последний, зайдя в свою квартиру, впервые за последнее время почувствовал себя довольно спокойно. Видимо это успокоение пришло к Бухаеву с мыслью о том, что он всё-таки не псих. Это не просто успокаивало Михаила, но даже радовало. Поэтому он спокойно поел жареной картошки, выпил чайку и лёг спать.
— Рота, подъём!!! Просыпайся, по порядку номеров рассчитайся! И перед командиром не зазнавайся! Ахаха, салага! — разбудил Михаила крик попугая Дядяйкина.
Радость Михаила от того, что напарник начал его понимать, стала немного сбоить, потому что над лежащим в кровати Бухаевым стоял трёхметровый зелёный попугай, тычущий своим гигантским клювом лейтенанту в лицо.
— Блин, ты откуда взялся?! — возмущённо спросил Бухаев.
— Мы теперь напарники, все четверо…я, ты, Глазастый и твой этот тихоня, — ответил Дядяйкин, спрыгнув с кровати.
— Кто тебе сказал, что мы напарники? — недоумевал Михаил.
— Ах, да, прости, мы не напарники, вы с вашим тихоней – напарники, а мы с Глазастым ваши командиры. Так понятнее?! — грозно произнёс попугай.
— Дурдом, блин, — пробубнил Михаил.
У Михаила зазвонил телефон. Как и предполагалось, это был Алексей.
— Да, Лёх, доброе утро! — поприветствовал напарника Бухаев.
— Привет, Миш, ты не поверишь…, — начал говорить Иванов.
— За последние несколько дней? Ты это серьезно? Во что бы я мог не поверить? — саркастично перебил напарника Бухаев.
— Я сейчас смотрю на этого паука огромного. Он передо мной! — пожаловался Алексей.
— А, ну ничего удивительного, как я тебе и говорил, — сказал Бухаев.
— Ладно, буду выходить из дома, — произнёс Алексей.
— Погоди, Лёх, так ты ещё дома? — спросил Иванов.
— Да, а что? — спросил в ответ Алексей.
— Ах, ты ж скотина пернатая, разбудил меня на час раньше! — начал ругаться Михаил.
— Эй, эй, Миш, не рановато ли для оскорблений? — возмутился Алексей.
— Прости, Лёх, я не тебе, — сказал Бухаев.
— Значит у тебя тоже дома незваные фантастические гости? — спросил Алексей.
— Ага, они самые, — ответил Михаил.
— Всё, я выхожу. Наберу тебя позже, — сказал Алексей.
— Ага, давай, напарник, — закончил Михаил разговор.
— Кого ты там скотиной пернатой назвал? — спросил попугай, сильно нахохлившись от злости.
— Эй, ты чего, не злись, я типа пошутил, — начал оправдываться Бухаев.
Попугай резко вскочил на кровать и схватил одной лапой Бухаева за плечо и вылетел вместе с ним в открытое окно.
— Сейчас с тобой поиграем в полу-камикадзе! — ехидно кричал Дядяйкин.
— В кого?! Звучит неприятно! — кричал напуганный Михаил, повиснув на лапе попугая в воздухе. Учитывая, что на нем были надеты одни трусы, выглядело это довольно нелепо.
— Зато как это незабываемо, салага! — крикнул попугай, неожиданно выпустив Михаила из своих лап.
— Ааааа! — заорал от охватившего его ужаса Бухаев, находясь в свободном полете.
В последний момент, когда уже казалось, что столкновение с приближающимся асфальтом неминуемо, попугай резко схватил Михаила, и таким образом спас его от неминуемой гибели.
— Ещё хочешь? Или урок усвоен? — спросил ехидный Дядяйкин.
— Усвоен, усвоен, — ответил дрожащий от страха Михаил.
— Ну, вот и славно, — произнёс попугай, отпустив Михаила на высоте около одного метра.
— Ау, больно, — вскрикнул Бухаев, неудачно приземлившись на асфальт пятой точкой.