— Ничего не понимаю, Бухаев, чего ты там бормочешь?! Бабки, когда отдашь?! — громко спросил толстяк.
— Жень, не время, — повторил Бухаев.
— Какое, блин, племя?! Что ты несёшь?! — уже почти кричал на всю улицу толстяк.
— Так вот в чём дело? Ты задолжал глухому жирдяю бабки, а теперь наша работа накрывается из-за этого медным тазом? — спросил у Бухаева Алексей.
— Чего это твой друг там бормочет?! — громко спросил толстяк.
— Говорю: тачка классная, всегда мечтал о бумере! — громко ответил Алексей.
— Ты чего орёшь? Аниматора спугнёшь…блин, уже спугнул, — сказал Бухаев, заметив, что подозреваемый скрылся из вида.
— Ага, спугнул, конечно, он ещё свалил, когда твой друг к нам подъехал и начал говорить, будто через мегафон, — сказал Иванов.
— Мегафон?! Я не пользуюсь мегафоном! Бухаев, бабки где?! — опять настойчиво и громко спросил толстяк.
Иванова начал сильно раздражать этот толстый мужик, поэтому Алексей в гневе вышел из машины и оббежал чёрный бумер с целью взять за шкирку надоедливого персонажа и отдубасить его по полной.
— Эй, эй, ты чего, мужик! — кричал толстяк.
Алексей схватил толстяка за шиворот и попытался вынуть его через открытое лобовое стекло. Однако, мужик тут же застрял по причине своей излишней тучности.
— Ай, больно! — кричал толстяк.
— Лёх, притормози! — выскочил из машины пытавшийся остановить обозлённого напарника, Михаил.
— Так, ты ко мне не лезь! Это из-за тебя! Вообще всё из-за тебя! — крикнул на Бухаева, немного ослабив хватку и на мгновение отпустив толстяка, Алексей.
— Эй, ребят, что вообще происходит?! Бухаев, чего это твой друган на меня накинулся?! — в недоумении спрашивал толстяк.
— Женя, ты своими криками спугнул подозреваемого, — объяснил ему Бухаев.
— Так у вас это…типа слежка? В засаде сидите? — спросил толстяк, почесав затылок.
— Эврика! Наконец-то дошло! — эмоционально произнёс Алексей.
— Так вы бы это…сразу сказали, — сказал толстяк, продолжая чесать затылок.
— Мы тебе сказали, Жень, только тебе, глухарю, надо было орать, видимо, а не говорить, — сказал Бухаев.
— А, ну ладно, бабки, когда отдашь, Бухаев? — снова спросил толстяк.
— А ну, свалил отсюда, пока я тебе черепушку твою в ананас не превратил! — яростно, крикнул Иванов, с силой пнув боковую дверь бумера.
— Всё, ладно, ладно, уезжаю! Неадекватный, блин! — отъезжая вперёд, крикнул толстяк.
— Спасибо, Лёх, — сказал Бухаев.
— Это за что? — не понял Алексей.
— Ну, ты припугнул чувака, которому я бабки задолжал. Теперь, думаю, он не скоро объявится,— ответил Михаил.
— Ага, обращайся, — сказал Иванов.
— Серьёзно? Спасибо, Лёх! А то я многим должен. Спасибо, что согласился выручить, — ехидно улыбнувшись, сказал Бухаев.
— Чего? Да иди ты! — сказал Иванов, поняв, что напарник над ним стебался.
— Ахах! Не злись, напарник, будь позитивнее, — сказал Михаил.
— Позитивнее? Мы подозреваемого упустили из-за тебя! Позитивнее, блин, — продолжал возмущаться Иванов.
—Пошли, прогуляемся, напарник…он же теперь знает твою машину. Поэтому пешком его поищем, и если не найдём его в течение десяти минут, то вернёмся к тачке, — сказал Бухаев.
— Ладно, — согласился Иванов.
Лейтенанты шли по улице минут пять. Вдруг за углом жилого дома, который они проходили, они услышали непонятный звук, похожий на рычание. Осторожно выглянув из-за угла, они увидели аниматора, грызущего бампер старой отечественной машины модели «копейка» во дворе пятиэтажного дома советской постройки.
— Видишь, а ты пережевал, — тихо сказал Бухаев.
— Повезло, — произнёс Иванов.
—Слушай, он не боится себе зубы поломать? — спросил Бухаев.
—Ну, судя по тому, что он от нас свалил, инстинкт самосохранения у него должен быть, — сказал Иванов.
Вдруг, откуда не возьмись, на аниматора налетел капитан Дядяйкин, прижав его к асфальту своими огромными когтями.
Глава 41
— Говори, салага, на кого работаешь?! — закричал капитан Дядяйкин, не на шутку испугав этим и так дрожавшего от страха аниматора.
Аниматор был прижат здоровенными когтями к асфальту так сильно, что ему было трудно вздохнуть. Взгляд Сергея передавал весь ужас, который он испытывал в тот момент, глядя на попугая.
— Эй, Дудкин, ты чего творишь?! — закричал Дядяйкину вылезший из машины Бухаев.
— Дядяйкин! Капитан Дядяйкин! Не Дудкин! Не Дуркин! Не Пупкин! Дядяйкин! Неужели так трудно запомнить!— с возмущением ответил Бухаеву раздражённый Дядяйкин, при этом и не думая выпускать аниматора из своих когтей и продолжая прижимать его к асфальту.