После прихода недостающей части компании за столом становится значительно веселее, а мне — тревожнее. Картер явно замечает мой нервоз. Он единственный знает причину доподлинно. Мы сидим напротив и встречаемся глазами, кажется, каждые десять секунд. Когда я уже почти готова вскочить со стула и заорать: заканчивайте уже, хватит, не могу больше, перейдите, наконец, к части, где нас всех повяжут! — Манфред встает и говорит.
— Попрошу минутку вашего безраздельного внимания. — И я понимаю — настало время перемен. — Как вы, наверное, догадываетесь, я уже не молод, и ведение дел…
Все хакеры застывают в нечеловечески напряженных позах, жаждут ни словечка не пропустить. Неужели не понимают, что все уже свершилось? Речь Монацелли длинная и витиеватая, думаю, еще чуть-чуть, и из него имя преемника начнут вытряхивать в буквальном смысле. Однако, когда он, наконец, называет Шона, Карина резко отворачивается, Такаши сидит с таким видом, будто его ударили по голове, а Марко вскакивает со стула и уходит в сторону уборных. Кроме Шона только параллельщик Том не расстроен. Он безмятежен и счастлив настолько, что я начинаю подозревать его в принятии психотропных препаратов. Он почти счастливее самого Картера, триумф которого настолько очевиден, что даже мне хочется его стукнуть. С другой стороны, Картер заслужил это место каждым своим действием. Он годами не позволял себя отвлечь никому и ничему, и теперь… теперь стоит за него просто порадоваться. Жизнеспособность собственного великодушия мне удается поддерживать ровно до тех пор, пока Картер не поднимается со своего стула и не произносит нечто настолько гадкое, что все хорошее отношение забывается в момент:
— Я буду лаконичен. Добро пожаловать. И теперь вы летаете в Сидней.
Лично у меня отношения с перелетами далеко не такие напряженные, как у Шона, но даже мне от его слов становится плохо. Остальные со мной, кажется, солидарны, ведь перелет туда почти из любой точки земного шара по времени занимает больше суток. У Шона настоящий талант портить настроение!
Но надо сказать, справедливости ради, сюрприз бывшего и настоящего сеньоров Хакеров не идут ни в какое сравнение с тем, который на сегодня приготовила я. И стоит он аккурат в роскошном холле ресторана, потрясая стальными браслетами.
Глава 16. Алекс
Шесть с половиной лет назад
Примерно через две недели после нашего с Киану разрыва прилетел Алекс, и Шон поехал его встречать в аэропорт лично. Если бы я не чувствовала себя виноватой до невероятия, я бы всласть позубоскалила по этому поводу, но ввиду последних событий сдержалась. Перемирие с Шоном и близко не было достигнуто, я не могла ему простить Киану, и даже мысль о том, что сама виновата, не помогала. Он заставил меня остаться. Шантажом и обманом. Чтобы и дальше вытирать об меня ноги. Ну нет, такого отношения я ему больше не спущу никогда!
К приезду мужчин любопытство наложилось на воспитание, и я, рискуя вызвать неудовольствие Картера, все-таки вышла встречать гостя в коридор. Это позволило мне насладиться зрелищем небывалым: Шон разговаривал и улыбался. А Алекс действительно оказался обаятельным красавчиком. У него на щеках были ямочки, совсем как у меня. Ну все, я покорена. Однако только Картер обнаружил в зоне видимости свою подружку, его улыбка померкла. Алекс явно что-то заподозрил и перевел взгляд с Шона на меня.
— Привет, — сказала я Алексу. А он, отказавшись от церемоний, по-дружески обнял меня и что-то сказал Шону.
— Режим переводчика включен, — буркнул тот. — Просит передать, что его ожиданий ты не обманула.
— Взаимно.
И это было правдой. Он оказался на редкость обаятельным парнем. И, по-моему, именно данное качество в себе взрастить невозможно, от природы либо есть, либо нет. Алексу повезло.
Пока я накрывала на стол, они болтали о чем-то абстрактном. Но только села — стала предметом беседы сама.
— Ты новый суперхакер? — спросил Алекс.
— Нет, — немножко смутилась я. — Я теперь вообще не хакер. Сменила специализацию, так сказать.
Алекс моргнул, и Картер, закатив глаза, перевел ему мои слова.
— Из-за Шона? Не удивляюсь, он же временами такой идиот, — доверительно сообщил мне Алекс.
Шутки шутками, но от неожиданности и правомерности его слов, а также от воспоминаний, как именно все случилось, я нечаянно опрокинула чашку с кофе, и часть его вылилась на стол. После этого я вскочила со своего места и начала лихорадочно вытирать расползающееся пятно, однако успела заметить взгляд, которым наградил Шона Алекс. Осуждение. Возможно даже разочарование. Тот терпеть, разумеется, не стал: