— Теперь угадайте, какое в нем варенье, — предложил Тарас Адамович, разливая чай. Он пододвинул тарелку с ароматным куском коллеге и сел напротив. Мира отодвинула машинку, взяв в свои хрупкие пальчики чашку с чаем.
— Сначала я попробую напиток грузинского князя, — улыбнулась Мирослава.
Яков Менчиц принялся за пирог. Он удивленно поднял бровь, и, посмотрел на Тараса Адамовича, то ли спросил, то ли ответил:
— Вишневое?
— Почти угадали.
— Но есть еще какой-то привкус, — добавил Менчиц.
— Слышала, что вы предпочитаете моновкусы, — обратилась Мира к хозяину дома.
— Так и есть, — сказал Тарас Адамович. — Это варенье — исключение из правил.
Мира откусила кусочек пирога, мечтательно обвела взглядом яблоневый сад.
— Кажется, я знаю, — прищурила она глаза, — вишневое варенье, но с ноткой горьковатости. Вы добавили жгучий перец?
— Браво! — воскликнул Тарас Адамович. — Хотя я думал, эту загадку не так уж просто будет разгадать. Оно еще несовершенно, не хватает кислой нотки, я пробовал добавить смородину, но вкус не тот. Придется подыскать ей замену.
Чай грузинского князя и вправду не разочаровал. Сентябрьский ветер наполнял яблочным ароматом веранду, лучи предвечернего солнца ласкали лица собеседников. Пирог кончился внезапно, Менчиц с грустью посмотрел на опустевшую тарелку, глотнул чаю и произнес:
— Благодарю за угощение. Хотя новости, которые я принес, не достойны столь радушного приема, — юноша опустил взгляд на свои большие неловкие руки с длинными пальцами.
Тарас Адамович молчал, Мира замерла в ожидании.
— Мы ищем балерину Левскую. Пока безрезультатно, но, думаю, мы найдем ее. Кроме того, Тарас Адамович, как вы и советовали, мы выставили наблюдателей у квартиры на Лютеранской, 11. Но в квартире никто не проживает…
— Да, я знаю. Но если заметите кого-то в этой квартире — дайте мне знать.
— Хорошо. И последнее ваше задание… — начал молодой следователь, однако Тарас Адамович прервал его неожиданной репликой.
— Что скажете, Мирослава? — обратился бывший следователь к сестре пропавшей балерины. — Вы так и не успели мне ответить, с кем я еще должен поговорить?
Мира на мгновение задумалась, вероятно, вспоминая имена, появлявшиеся на страницах протоколов.
— С Сергеем Назимовым, — ответила девушка, отставив пустую чашку.
Тарас Адамович утвердительно кивнул и перевел взгляд на Менчица:
— Продолжайте, пожалуйста.
— Назимов будет сегодня в ресторане «Прага». Предлагает встретиться с нами за ужином приблизительно в семь, — сказал молодой следователь.
— Мира, у вас есть планы на вечер? Может, присоединитесь к нам?
Если Мирослава и имела какие-то планы на вечер, ее собеседники об этом так и не узнали. Девушка незамедлительно ответила:
— Непременно, благодарю.
Парень опять зарделся, вертя в руках пустую чашку.
— Что ж, думаю, невежливо заставлять господина офицера нас ждать, — резюмировал хозяин дома.
Тарас Адамович быстренько сменил домашнюю одежду на серый костюм, повязал горчичного цвета галстук. И они тут же отправились на встречу.
Инициатор встречи уже был в ресторане, он сидел за уютным столиком и меланхолично созерцал искрящееся пузырьками шампанское в бокале. Увидев их, офицер вмиг оживился и, поприветствовав мужчин, он поклонился Мире, затем помог девушке сесть за столик. Идеальная выправка, точные движения.
Тарас Адамович внимательно следил за тем, кого Олег Щербак иначе как солдафоном не называл. И не видел перед собой солдафона. Правильные черты лица, темные пронзительные глаза. Брюнет. Игрок — судя по выражению глаз. Штабс-капитан — судя по погонам. Странно, что выбрал для встречи «Прагу». Или господин офицер — ценитель колоритных пейзажей?
Отель «Прага» появился на улице Владимирской лет тридцать назад. Согласно проекту архитектора Александра Шилле здание имело три этажа и флигели. После смерти владельца отеля — Ильинского его вдова продала строение киевскому юристу Вацлаву Вондраку, чеху по происхождению. Он мечтал о панорамной террасе, однако с третьего этажа панорама не открывалась. Вондрак достроил еще три этажа и открыл на крыше здания одноименный ресторан, впоследствии ставший любимым местом отдыха киевлян. Теплые сентябрьские вечера еще позволяли ужинать здесь под открытым небом. Хоть на крыше и было достроено небольшую застекленную террасу, однако на ней, в случае ненастья, могли разместиться далеко не все посетители ресторана.