Вполне логичное предположение.
— А он что-то прихватил? — небрежно поинтересовалась я.
— Кто? — не понял Болек.
— Доминик.
— По словам Каси — ничего. Выскочил из квартиры, обеими руками обхватив окровавленную голову. Если до этого не сунул в карман чего-нибудь, но об этом Кася не знает. И девушка сказала Тирану прямо: если что найдет в квартире, принадлежавшее ее родителям, никому не покажет. Тиран не возражал — ее право.
— Меня очень интересует тот неизвестный, который позвонил, — сказал Януш. — Не он ли тот самый четвертый неизвестный?
— Думаю, он, — согласился с Янушем поручик Пегжа. — Мне кажется, дело обстоит следующим образом: в банду он вступил для того, чтобы принять участие в поисках кладов и разбогатеть. Убийство не но его части, это его отпугнуло, возможно, и с Домиником полаялся, а теперь боится всех — и нас, и Доминика. Поэтому к нам с повинной не идет, но и покрывать убийцу не хочет, вот и решил анонимно позвонить в полицию.
— А больше он ничего не сообщил?
— Ничего. Собственно, только описал внешность Доминика. А теперь, когда Кася рассказала нам о грабителе в квартире, знаем, что Доминик в Варшаве, никуда не смылся. Знать бы еще, где его малина!
— Между прочим, последние четыре дня мог спокойно жить на Вилловой.
— Вряд ли. Поскольку это нам тоже пришло в голову, мы порасспрашивали Касю. По ее словам, нет никаких следов того, что этот бандюга жил в квартире хоть день, просто копался в вещах, это она заметила.
— А на чердаке? — снова вмешалась я в разговор. — Чердак-то вы, надеюсь, наконец осмотрели?
Поручик Болек смущенно ответил:
— На кой нам чердак? Нет, его мы так и не обыскивали.
— Ну, знаете! — рассердилась я. — Известно, сами туго соображаете, но ведь я вам еще когда о чердаке говорила! Из-за вашего проклятого Тирана, ведь он меня подозревал. Ну, я тогда еще и рассказала именно вам, уважаемый, как бы я поступила на месте грабителя. Схватила бы найденное Райчиком золото, на лифте поднялась на чердак и там припрятала до поры до времени. Поднялась на лифте! Меня бы никто из соседей и не заметил. А чердак я сама лично обследовала, очень подходящее место для укрытия краденого. Кстати, и для малины тоже подходящее. Правда, нет там ванной, ну да некоторые прекрасно и без нес обходятся.
Не доев фруктовый десерт, Болек выскочил из-за стола и схватился за телефонную трубку. Подождав, когда, дав распоряжение, он вернулся к десерту, я напомнила ему о том, что полицейские могут обнаружить на чердаке и отпечатки моих пальцев, чтобы не сделали поспешного вывода о моей сопричастности к воровской шайке и сотрудничестве с Домиником.
С них станется... Так что пусть Тиран помнит об этом с самого начала, а не спохватывается в конце.
— Да ты не волнуйся, — успокоил меня Януш. — Я думаю, теперь уже поздно, обыскивать чердак следовало еще тогда, по горячим следам.
— Отвяжись! — раздраженно пробурчал поручик, очень недовольный собой. — Не было у нас никаких предпосылок. Ничто в осмотре места происшествия не указывало на связь с чердаком. Пани Иоанна может себе домысливать, ее право, но домыслы писательницы еще не являются доказательством. А вообще, сам знаешь, лучше позже, чем никогда.
И, представьте, уже на следующий же день выяснилось, что поручик Болек был абсолютно прав...
* * *
Естественно, Яцусь оказался в составе следственной бригады, которая поздним вечером прибыла на чердак дома на Вилловой. Оказался, хотя это не входило в его обязанности. Просто кто-то невзначай «проговорился» о готовящейся операции, и чертов щепок добровольно вызвался поучаствовать. Члены бригады встретили Яцуся с распростертыми объятиями. По двум причинам. Во-первых, вся варшавская полиция знала о сверхъестественных способностях Яцуся, во-вторых, коллеги уже давно держали пари на крупные суммы, что нахальный прорицатель вот-вот споткнется и допустит промашку. Коллеги и сами не знали, чего бы им больше хотелось. В участии ясновидящего особенно были заинтересованы те, что поставили крупные суммы на его промашку, — надо же человеку дать шанс промахнуться.
На чердаке следственная бригада со всей определенностью выявила многочисленные следы пребывания людских существ, отчетливо представшие перед полицейскими на толстом, многовековом слое пыли.
Яцусю самому было интересно, что он тут обнаружит, и парень энергично принялся за дело. Сушилка его не заинтересовала, реликты пиров и сиест, заявил самонадеянный щенок, никакого отношения к их делу не имеют. Коллеги немедленно воспользовались возможностью заловить прорицателя на допущенной промашке и тщательно обследовали сушилку. И ничего не обнаружили, кроме двух бездомных кошек!