Выбрать главу

Тиберий быстро подошел к кровати.

- Что «Лаура»? О чем ты? Что ты хочешь ей сказать?

- Лаура, это ты? - заплетающимся языком проговорил Клавдий.

- Да, - прошептал Тиберий. - Что ты хотел сказать?

- Лаура… только не надо беспокоиться…

Тиберий встряхнул его, надеясь услышать еще что-нибудь, но это не помогло.

VI

Тиберий снял рубашку и грелся на солнце. Он сидел на обочине древней дороги и забавлялся, наблюдая за женщиной, которая расхаживала позади надгробной стелы, чтобы привлечь к себе внимание. Нерон обожал прогулки по Старой Аппиевой дороге: его интересовали возвышавшиеся по ее сторонам гробницы, Клавдий - тоже, но его больше интересовали проститутки, прятавшиеся в тени гробниц. А ему, Тиберию, нравилось, что здесь так много кузнечиков.

Клавдий и Нерон развалились на траве. На щеке у Нерона сидел кузнечик, и Тиберий его прихлопнул.

- Спасибо, - сказал Нерон. - У меня не хватило сил.

- Тебе не полегчало?

- Нет. А Клавдию?

- Клавдий не отвечает на вопросы. У него голова как чугунная.

- Какого черта ты разгуливаешь полуголый?

- Соблазняю женщину, которая гуляет напротив, - улыбнулся Тиберий.

- Эх ты, придурок, - пробормотал Клавдий.

- Придется вам извиниться перед Габриэллой, - сказал Тиберий. - Вчера вечером вы вели себя неподобающе. Просто по-свински. Вы были галантны как куча кирпичей. Бог ты мой, что за зрелище! А под конец превратились в два жалких, обмякших тела, липких, потных и бесформенных. В два грязных мешка, которые мне достаточно было вытолкнуть на лестницу - и они покатились вниз сами собой. Мешок по имени Нерон прибыл раньше мешка по имени Клавдий, потому что он тяжелее.

- Хватит, Тиберий, - проворчал Нерон. - Не строй из себя ангела.

- А сегодня у нас трудности, - продолжал Тиберий. - То, что принято называть «тяжелым утром». Две стопки грязного белья, воняющие алкоголем. Девушка на той стороне не пошла бы с вами, даже предложи вы ей все деньги папаши Валюбера.

- Это еще надо проверить, - пробормотал Клавдий.

- Уже проверено, приятель. Но мне, в сущности, наплевать. Я загораю.

- Пышущий здоровьем батрак с фермы, одержимый работой фанатик, - брезгливо поморщился Нерон. - Какая гадость.

- Болтай, сколько хочешь, Нерон. Сегодня вечером я уведу у вас из-под носа всех римских телок, а вы оба будете только таращиться, как телята в хлеву. Конкуренции явно не предвидится.

- Черт! Вечеринка! - вскричал Клавдий и приподнялся на локтях.

- Вот именно, - отчеканил Тиберий. - Разнузданное празднество на площади Фарнезе. И вам осталось на подготовку ровно четыре часа. Дело непростое. Всего-навсего четыре часа на то, чтобы из развалины превратиться в соблазнителя.

- Черт! - повторил Клавдий, надевая туфли.

- Ты что, раньше не мог напомнить? - спросил Нерон.

- Друг мой, - сказал Тиберий, вставая, - я ждал, когда ваши тела всплывут на поверхность. Всему свое время.

- Эх ты, придурок! - выругался Нерон, и Тиберий, расхохотавшись, надел рубашку.

VII

Тусклый свет факелов придавал мрачному дворцу Фарнезе причудливый вид. Тиберий смотрел, как колышется здание, и не реагировал, когда его со всех сторон теснила потная толпа. Он протанцевал без перерыва три часа, и теперь у него болели ляжки. За все это время он не заметил ни одной потрясающей девчонки и начинал думать, что жизнь не удалась. Держа в каждой руке по бокалу, он искал своих друзей, которых давно уже потерял из виду. И вдруг до него донесся зычный голос Нерона: тот предсказывал, что сегодня вечером Французская школа сгорит, как свечка. Толпа вокруг заходилась от хохота. Тиберий возвел глаза к небу. Вне всякого сомнения, рано или поздно этот псих Нерон действительно подпалит что-нибудь. Тиберий поймал его за плечо.

- Скажи, площадной затейник, ты не видел Клавдия? Я только что встретил его отца. Он здесь, и вот уже час ищет сына.

- Посмотри вон там! - заорал Нерон. - Он на той узенькой улочке, в компании трех доступных женщин.

- Сходи за ним, ладно? А я пойду предупрежу Анри.

Возле ящиков с вином наблюдалось некоторое волнение. Завтра утром тут подберут немало бесчувственных тел. Тиберий поднял бокалы над головой и стал протискиваться сквозь толпу к Анри Валюберу.

Через несколько минут он остановил Клавдия, который шел ему навстречу, приглаживая ладонью волосы.

- Не ходи дальше Клавдий, прошу тебя, - выдохнул Тиберий.

- Отец где-то здесь?

- Твой отец позади меня. Лежит на земле. Он мертв.

Тиберий бросил бокалы, чтобы обеими руками подхватить Клавдия.

- Нерон, помоги мне, - позвал Тиберий слабым голосом. - Клавдий сейчас упадет.

VIII

На следующее утро, в первые воскресные часы, государственный министр Эдуар Валюбер срочно вызвал своего старшего секретаря.

- Вам удалось получить предварительный отчет итальянской полиции?

- Полчаса назад, господин министр. Дело серьезнее, чем мы предполагали.

- Закройте дверь. И побыстрее.

Эдуар Валюбер развел руки в стороны, вытянул их и положил ладони на письменный стол. Его секретарь Поль давно усвоил, что означает этот жест: ощущение опасности, тревогу, решимость. Министр Валюбер был взволнован - но не потому, что вчера у него умер брат. Он волновался исключительно о себе самом.

- Побыстрее, Поль.

- Ваш брат, Анри Валюбер, скончался вчера вечером в двадцать три тридцать. Ему дали выпить громадную дозу цикуты. Через несколько секунд его не стало. Свидетели видели, как он упал. Но никто не видел руки, которая подала ему стакан с отравой.

- Цикута?

- Да, цикута, иначе болиголов. Весьма примитивно изготовленная настойка плодов этого растения.

- Примитивно изготовленная, однако весьма действенная. Цикута - это яд древних греков, который в Афинах давали приговоренным к смерти преступникам. Например, Сократу: его смерть была легкой и быстрой.

- Полиция не любит, когда человек умирает от цикуты. В применении такого яда есть что-то показное, бьющее на эффект. Гипотезу самоубийства отвергли категорически. Цикуту подмешали в очень крепкий коктейль и угостили им вашего брата во время массового праздника на площади Фарнезе, где присутствовало не менее двух тысяч человек. Там, на площади, сразу же был задержан ваш племянник Клавдий Валюбер, хотя двое друзей попытались увести его до прихода полиции. Клавдий потерял сознание при виде мертвого отца. Его друзей зовут Тибо Лескаль и Давид Лармье. Оба учатся в Риме вместе с вашим племянником. Последний, кто видел вашего брата живым и говорил с ним, - это Тибо Лескаль. По словам Тибо, он расстался с Анри Валюбером и пошел искать Клавдия, чтобы передать, что отец его ждет. Когда Тибо вернулся, Анри будто бы уже лежал на земле, и вокруг тела начала собираться толпа. Он не может сказать, держал ли Анри Валюбер в руке стакан, когда говорил с ним, но уверяет, что сам он нес два стакана, по одному в каждой руке, и все еще держал их, когда вернулся, а значит, не давал один из них Анри Валюберу. Однако полиция не склонна принимать во внимание это обстоятельство, поскольку считает, что оно ничего не доказывает.

- Я не понял, кто эти два молодых человека.

- В отчете указано, что они более известны как Тиберий и Нерон.

- Вот как? Тиберия я знаю. Он - подопечный моего брата, сирота или что-то в этом роде.

- Накануне Клавдий Валюбер получил от вашего брата письмо, в котором тот сообщал о своем приезде. Анри Валюбер случайно узнал об одной афере, которая заинтересовала его настолько, что он решил приехать в Рим: речь шла о краже старинных итальянских рукописей. Вот копия его письма к сыну.