— Отец, мне нужны люди.
— Сколько?
— Сотни три, но для верности — лучше пять.
— Куда ты с ними поедешь?
— Недалеко. Совсем близко от Заставы Встреч.
— Зачем?
Райко усмехнулся.
— В подземной обители в Осака, — проговорил он, — много парней помещается…
Господин Тада-Мандзю обдумал сказанное.
— Как тебе удалось договориться с Фудзивара?
Райко усмехнулся еще шире.
— Сёдзи ломать не пришлось. Война им нужна еще меньше, чем нам. Они связались с колдунами с перепугу — и теперь сами тому не рады. Им проще поделиться с нами и допустить нас к власти, чем рисковать всем.
Господин Правый Министр не был расположен принимать гостей.
Лейтенант Левой Гвардии Минамото-но Райко и гадатель без положения в обществе Абэ-но Сэймэй не были расположены ждать. Двое стражников, непривычных к такой бесцеремонности, дернулись было навстречу — но Сэймэй только сказал вполголоса:
— Прокляну, и корешки ваши отсохнут, — и оба поспешно отступили.
— Что такое? — возмутился было служащий передних покоев. — Как вы посмели?
Сэймэй коснулся его лба кончиком пальца и тихо спросил:
— Хочешь, господин узнает, сколько его добра перекочевало в домик твоей любовницы?
Служитель свернулся, как куриная шкурка на огне.
Вот так, подумал Райко, наверное, действовала богиня. Тише, не столь открыто, но тем же способом. Используя чужой страх и чужую слабость.
Следующий зал — опять кучка служителей. На этот раз вперед выступил Райко.
— Я полагаю, господин Фудзивара будет рад видеть меня. Потому что в ином случае сюда явится мой батюшка. Он, по слухам, пребывает в самом дурном настроении.
Что такое господин Тада-Мандзю в дурном настроении, знали все. Что у него под городом стоят войска, тоже, кажется, знали все. А вид господина Райко не располагал к промедлению.
Распахнулась последняя дверь. Господин Фудзивара сидел на возвышении из нескольких подушек — все такой же прямой, такой же безупречный.
Райко подошел и сел напротив него.
— Вы хоть знаете, кем она была при жизни? — спросил он.
— Была? — спросил фарфоровый господин.
— Или есть. Хотя она уже больше не жрица, потому что у нее нет богини.
— Вступая в сговор с теми, кто уже не принадлежит этому миру, — поклонился Сэймэй, — такие вещи необходимо тщательно разъяснять, господин Правый Министр. Иначе легко можно попасть в ловушку, которой вы избежали только… нет, не чудом, а женской слабостью жрицы. Не пожелай она сочетаться браком с господином Минамото, страшно подумать, что произошло бы в столице. А железо и огонь опасны любому, когда их достаточно. Но самое страшное — то, что вы так и не попытались выяснить, кто она и в каких отношениях состояла с вашим почтенным предком. Вы на слово поверили демону, вселившемуся в тело вашего брата, что он и есть дух господина Мотоцунэ. Конечно же, он ведь знал о вашей семье такие вещи, какие мог знать только дух господина Мотоцунэ… или демон…
— Или вы, — усмехнулся фарфоровый господин.
— Или я, — улыбнулся Сэймэй. — В любом случае сожженная вашим предком дочь художника Ёсихидэ могла пообещать вашему брату бессмертие только с одной целью: обрести над ним власть, терзать и мучить его дух.
— Это я уже понял, — усмешка не исчезла с безупречного лица Правого министра.
— Господин Правый министр, подумайте, что стоит между вами и гибелью всего, что дорого вашему дому?
— Хотите сказать, что это вы?
Сэймэй качает головой.
— Вы сами понимаете, что задали неправильный вопрос.
— У нас нет времени играть в загадки, господин Сэймэй. Когда мой брат умирал от лихорадки, явилась эта женщина. Сказала, что вернет брату жизнь, если мы позволим ему умереть и похороним не по буддийскому, а по старинному обряду. Брата я любил. Брат воскрес после трех дней оплакивания — но оказалось, что он теперь делит тело с духом нашего почтенного предка, Фудзивара-но Мотоцунэ. Что ж, господина Великого Министра Хорикава я почитал. Потом наш младший брат погадал у Сэймэя о судьбе своего новорожденного сына, и вы, господин Сэймэй, сказали ему… вам лучше знать, что вы ему сказали. Как такое может быть? — спросили мы у жрицы Идзанами. И она ответила: младшая ветвь дома Фудзивара вступит в союз с домом Минамото и через это возвысится. Она не могла сказать, о каком доме Минамото идет речь — поэтому господин Великий Министр решил попытаться извести сразу всех.
— Вот только он не знал, — сказал Сэймэй, — что в ту же ночь жрица появилась в доме господина Левого Министра и на основании того же гадания предложила ему такой же союз против Фудзивара. А мог бы догадаться. Не сразу, конечно. Но ему застила глаза угроза, ведь для него она означала даже не опалу или смерть, а нечто худшее. — Сэймэй кивнул чему-то своему. — А вы шли за братом, потому что верили ему. Особенно теперь, когда его решения были подкреплены умом и опытом министра Хорикава… не так ли?