— Нам ведь необязательно сражаться, — громко говорит Кошмар, появившись сбоку.
— Да, для этого тебе достаточно сдаться, — Великий Грандмастер приближается, никуда не торопясь. Он наверняка уже понял, что оппоненту не будет помогать Великий Архимаг или мастера Сноходцев.
— Есть еще вариант: ты можешь присоединиться ко мне, — говорит эльф.
— Хах, если бы это было возможно, но нет. Я — гражданин Восточного Горизонта и обязан исполнить волю императрицы. И да, я в курсе того, что эльфийское государство стали называть вторым Юнион Дарком, пока я сидел безвылазно на Акалире. Однако я верю, что императрице Миэне просто пришлось принимать сложные решения, чтобы защитить подданных и наш суверенитет.
— Угу, конечно, — Кошмар всем видом показывает, что не верит в сказанное. Да даже Инай Кул будто бы пытается убедить самого себя. Он слишком долго жил в изоляции от Восточного Горизонта, поэтому ни в чем не может быть уверен. Пускай Коллегия Аэров присылала ему информацию, но необязательно полностью правдивую или полную.
Одиннадцатый понимает, что их бой лишен смысла, так как никто не хочет сражаться, поэтому обе стороны пытаются свести всё к разговору. Если бы Великий Грандмастер по-настоящему считал Кошмара врагом, то атаковал мощно и стремительно, и уже точно не стал бы вести беседы. Больше так продолжаться не может.
Даэлир не успел заметить, откуда пришелся удар, а резкая боль ослепляет, пока тело летит по снегу и камням. Когда Кошмар поднимает голову, то видит вокруг фигуры оппонента стоящего дракона. Пока что он всего полтора метра в высоту, но сила образа мета-экзиста не зависит от мышц или габаритов тела.
Инай быстрым шагом подходит к встающему на ноги эльфу, а дракон трусит рядом с ним. Слуга Восточного Горизонта тянет руку, чтобы схватить противника, но последний вдруг исчезает во вспышке молнии и снова оказывается среди парящих осколков кристалла.
Напряжение возрастает, а треск электричества становится почти что оглушительным. Частицы мета-кристалла разрушаются и распадаются на более мелкие частицы, которые выстраиваются в каналах разрядов. Следом в облако сверкающих частиц прорывается алебарда Иная Кула, по лезвию которой струится яркое желтое пламя.
Гремит еще один взрыв, Великий Грандмастер совершенно не заботится о том, что мета-кристалл может взорваться из-за использования мета-экзиста. Впрочем, под прикрытием Коллегии Аэров эльф с белыми волосами сможет выжить, в этом Кошмар не сомневается. Сейчас псионику нужно показать себя настоящего, чтобы слух о его возвращении в галактику начал распространяться.
Один из столпов его с Атросом плана состоит в том, что Даэлир станет настоящим кошмаром для живущих народов и тем самым сплотит их против общего врага. Конечно, это не сработает, если не изменятся сами правила игры, но обстановка в галактике после использования Транзит-Кора в любом случае не будет прежней.
Чудовищный взрыв достигает сжатого тела Кошмара, вызывая дикую боль. Инай Кул действительно силен, но прямо сейчас всё встанет с ног на голову. Кошмар поднимается с земли, но на спину падает нога Великого Грандмастера, заставляя снова упасть на землю. Тело лежащего эльфа генерирует огромное напряжение, которое пытается пройти через тело врага, но электрические разряды бессильно бегают по алому доспеху.
— Бесполезно. Просто сдайся, — советует Инай и наносит еще один удар, но теперь боль не такая сильная.
Неожиданно в воздухе вспыхивает быстро вращающаяся сфера, внутри которой беспорядочно движутся тысячи электрических разрядов. Инай Кул моментально реагирует и наносит удар алебардой, разделяя сферу на две половинки. Таким образом не дает воплотить сферу влияния, но не сразу понимает, что все равно опоздал.
Кошмар поглощал частицы мета-кристалла всем своим телом, пропуская через область сжатого пространства. Дух Разума нашел эту технику в проекте «Месть Говернора», но эльф бы вспомнил про нее и без подсказок, так как это обнаружили ученые Сакрамена пять тысяч лет назад и предлагали испытать.
«Судя по всему мало кто смог додуматься до того, что воплотить свою сферу влияния можно и без её создания», — думает Кошмар, полностью отдаваясь тем дремлющим чувствам, что до этого удавалось гасить.
Когда Кошмар объединился с собственным сознанием в Городе Вечной Бури, то вспомнил абсолютно всё. Как и ожидалось, это принесло сильную боль, и только присутствие дочери, как последнего светлого луча в галактике, заставило на время засунуть гнев глубоко внутрь себя и еще утрамбовать ногой.