«О да. Она даже позволила Джилл заплатить, можешь себе представить. Ради внуков.»
Тайги взглянул на время на табло рейсов. — Слушай, Тед. Я хочу перевести тебе деньги — частичное погашение долга.
На том конце повисла секундная тишина. Потом: «Правда?»
— Знаю, что прошло много времени.
«Ну… да. Я… Если честно, я не ожидал — частичная выплата. Так… сколько это будет?»
— Двадцать тысяч. У меня есть номер счёта, который ты дал мне тогда, когда ты…
«Счёт 9360?»
Тайги посмотрел на контактную запись в телефоне. — Верно. Банк оф зе Вест.
«Тот самый. Двадцать тысяч! Правда? Ранний рождественский подарок. И ты переведёшь сегодня?»
Палец Тайги завис над банковским приложением — а потом нажал «Отправить». — Я только что отправил. Должно прийти в ближайшие минуты.
«Ну, это сюрприз, Джим.» Потом он осёкся. «Не… я не говорю — и это не полная сумма — особенно если учесть проценты. Ты помнишь проценты.»
— Четырнадцать процентов.
«Кажется, так.»
— Именно так.
«Ну, это действительно здорово. Я подсчитаю остаток и пришлю тебе новый итог.» На том конце послышалось шуршание. «Какой у тебя сейчас адрес электронной почты?»
Тайги взглянул на часы у выхода на посадку. — Тот же, но я редко проверяю.
«Аккаунт в Фейсбуке или…»
— Как я сказал, я улетаю из страны — и мне надо бежать, чтобы успеть на рейс.
«Так этот номер телефона…?»
— Я буду недоступен как минимум девяносто дней. Просто отправь на мой старый адрес электронной почты. Я получу.
«Три месяца. Ого, куда ты на этот раз?»
— Просто очередная экспедиция.
«Ладно. Береги себя. Но погоди!»
Тайги чуть было не повесил трубку. Но потом снова поднёс телефон к лицу. — Да, Тед.
«Ты бы позвонил матери. Рождество, а она давно от тебя ничего не слышала. Ты всё ещё её сын. Она постоянно об этом говорит.»
— Ей на самом деле не нужно, чтобы я звонил. Ей нужно рассказывать людям, что я не звоню.
«Но ты ведь и правда не звонишь.»
— Не знаю, что бы это дало.
«Мы семья. Это не обязано что-то давать.»
— Слушай, мне надо на рейс. Передай маме привет от меня. И Джилл тоже.
«Ладно, Джим, если ты…»
Тайги повесил трубку и убрал телефон в карман. Он направился к своему выходу на посадку. В темноте за высокими окнами виднелся носовой обтекатель белого Boeing 787 без опознавательных знаков — самолёта, летевшего туда, куда знал только Джойс.
Перед Тайем на регистрации стоял всего один пассажир — стройная, элегантно одетая азиатка лет тридцати. Тай бросил взгляд на свои выцветшие джинсы и футболку и подумал, не стоило ли ему выглядеть поприличнее. В инструкции говорилось, что одежда будет предоставлена на месте назначения.
Затем подошла его очередь. Он шагнул к молодому человеку в рубашке-поло с логотипом Joyce Airlines, стоявшему за стойкой регистрации. Рядом двое мужчин в костюмах и с наушниками внимательно наблюдали за Тайем. В зоне ожидания прохаживалось ещё несколько человек — мужчины и женщины постарше — в деловой повседневной одежде. Они тоже не сводили с него глаз.
Служащий кивнул. «Добрый вечер». Он указал на сканер радужной оболочки на стойке. «Пожалуйста, посмотрите в окуляр правым глазом».
Люди Джойса отсканировали радужку Тайя и взяли образцы крови и отпечатки пальцев во время подписания контракта на Балисо. Это его тогда несколько насторожило, но подписной бонус помог проглотить неприятный осадок.
Тай наклонил голову к сканеру.
Служащий следил за экраном, пока тот не издал сигнал, после чего жестом пригласил Тайя на борт самолёта.
Тай прошёл по телетрапу, и у двери самолёта его встретила женщина средних лет, тоже в форме Joyce Airlines.
Она взглянула на планшет и улыбнулась. «Мистер Тай, добрый вечер».
«Добрый вечер».
«Пожалуйста, следуйте за мной».
Тай последовал за ней через служебную секцию. Он заметил, что салон первого класса слева отгорожен закрытой переборкой. Она провела его мимо шеренги мужчин и женщин в брюках цвета хаки и рубашках-поло, каждый из которых держал планшет и изучал его, пока он проходил мимо.
Пока она вела его по ближайшему из двух проходов самолёта, Тай разглядывал тех, кого считал другими кандидатами, рассаженными через несколько рядов друг от друга. Самолёт был заполнен едва ли на четверть. Каждый кандидат выглядел физически подтянутым и был в возрасте от тридцати пяти до сорока пяти лет. Самыми молодыми на борту, похоже, были сотрудники персонала. Кандидаты были этнически разнообразны — все оттенки кожи и все континенты происхождения были представлены. Группа также была примерно поровну разделена между мужчинами и женщинами. Это было похоже на чартерный рейс в олимпийскую деревню для людей среднего возраста.