Шестидесятилетний работник ранчо посмотрел на него — он больше напоминал владельца магазина ароматических свечей, чем американского ковбоя. «У мистера Джойса на этих полях призовой племенной скот. Он будет очень недоволен, если я собью одну из коров. Если дело и правда срочное, позвоните ему».
Роша и в самом деле звонил, писал сообщения и отправлял электронные письма Джойсу неоднократно — безрезультатно. «Просто, пожалуйста, езжайте как можно быстрее».
«Этим и занимаюсь». Он указал на знак ограничения скорости в двадцать пять миль в час, мимо которого они проезжали.
К счастью, вскоре они поднялись на небольшой холм и пересекли скотопрогонную решётку и линию ограды. Теперь Роша мог видеть впереди частную взлётную полосу Джойса, лётное поле и ангары. Гиперзвуковой бизнес-джет AS2 всё ещё стоял на месте; однако у рулёжной дорожки был припаркован другой самолёт — красно-бело-синий биплан Pitts Special S-1S Джойса, разукрашенный звёздами. Джойс шёл через лётное поле в лётном комбинезоне, зажав шлем под мышкой.
Роша указал вперёд. «Вон он! Пожалуйста, скорее».
«Ладно, ладно. Доедем. Не торопите лошадей».
Range Rover подкатил как раз в тот момент, когда Джойс подошёл к биплану. Он обернулся и рассмеялся, когда Роша вышел из машины. «Вы, похоже, очень хотите со мной поговорить».
«Я пытался связаться с вами всё утро. У нас проблема. Большая проблема».
Джойс хлопнул Роша по плечу. «Настолько большая, что не может подождать час-другой?»
«Натан…» — Роша бросил взгляд на водителя, который всё ещё ждал в машине.
Джойс махнул ему рукой, и Range Rover отъехал к ангарам. Теперь они были одни.
«Натан, власти провели обыски в офисах „Астериска” в Нью-Йорке. Обыскивают дочерние офисы в Сан-Франциско и Лондоне. Это лишь вопрос времени, когда ФБР или налоговая выдадут ордер на ваш арест. Вам нужно принять меры. Я не адвокат по уголовным делам. Вам нужно готовиться к конфискации активов».
«Вы приехали сюда только ради этого?»
«Значит, вы знаете об обысках в офисах?»
Он кивнул. «Банковские счета заморожены. Совет директоров уже проголосовал за моё отстранение от должности генерального директора „Астериска”. Остальные сделают то же самое».
Роша поразило невозмутимое выражение лица Джойса. «Значит, они знают о „Константине”? Знают об экспедиции?»
«О нет. Но они знают о хищении средств и мошенничестве с акциями».
«Как вы можете быть спокойны? Вам нужно предпринимать шаги, чтобы сохранить всё, что возможно, а не возиться со своими игрушками. Также нужно позаботиться о безопасности экипажа „Константина” во всём этом хаосе».
Джойс прижал лётный шлем к бедру, подставив лицо солнцу. «Похоже, время вышло. А ведь был так близок к цели». Он посмотрел на Роша. «Вы когда-нибудь задумывались, почему я платил вам столько денег, Лукас? Весьма немало для такого молодого и неопытного юриста».
Роша почувствовал, как укол страха пронзил его. Инвесторы и власти придут и за ним тоже.
«Потому что я видел это в ваших глазах. Вы по-настоящему понимали, зачем я всё это делаю. Если бы я отмывал деньги для наркоторговцев, не думаю, что вы бы мне помогали. Мне кажется, вы хотели быть у истоков чего-то великого. Следующего большого скачка человечества».
Роша поймал себя на том, что кивает. Джойс был прав.
«Вот почему я выбрал вас. Но, как и большинство людей вашего возраста, вы убедили себя, что разбогатеть — это совершенно логично, ведь вы — это вы, в конце концов».
Это звучало уже не так лестно.
«Вы и половины не знаете о том, что я сделал для запуска „Константина”, Лукас». Он поправил галстук Лукаса, трепавшийся на ветру. «Ваше неведение — вот что вас спасёт».
«Они всё равно придут за мной, Натан».
«Нет никаких доказательств, что вы что-либо знали».
Роша сосредоточился на насущном вопросе. «Ваши подставные компании будут обнаружены и конфискованы. Финансовые потоки распутают. Они будут искать десятки миллиардов долларов. Они никогда не прекратят поиски. Они захотят вернуть эти деньги. Они обнаружат „Константин”».
Джойс рассмеялся. «Знаете, когда я был в вашем возрасте, сорок-пятьдесят миллионов казались огромными деньгами. Готов поспорить, вам сейчас тоже так кажется. Не отдавайте их, Лукас».
Роша почувствовал укол совести — и одновременно благодарность. Джойс сделал из него кого-то значимого. «Надеюсь, вы знаете, как я ценю всё, что вы для меня сделали. Если вам нужно вернуть…»
Джойс сжал плечо Роша. «Эти деньги и близко не заполнят яму, которую я себе вырыл. К тому же они вам понадобятся».