Абарка заговорила первой, улыбаясь. — Вы даже не представляете, как мы рады видеть ваши лица. — Её выражение стало серьёзным. Она оглянулась по сторонам. — Нас по-прежнему пятеро. Севастьян, мне горько тебе это говорить, но Эми погибла в ноябре. Упала. — Абарка сжала руку Адисы. — Мы положили её рядом с Дэвидом и Николь. Если не считать радиации, метеоритных ударов и мерзавцев на Земле, пытающихся нас убить, у нас всё хорошо. Но мы хотели бы побольше узнать об этой идее возвращения на Землю. Мы проделали большую работу здесь, и было бы неплохо вернуться домой.
Чуть более чем через восемнадцать минут они получили ответ от Габриэля Лакруа. Он выглядел довольным, но эмоционально сдержанным. За ним персонал центра управления полётом тоже выглядел подавленным. Лакруа наклонился к камере и сказал: «Мы рады видеть вас пятерых. Севастьяну понадобилась минута».
Лакруа указал на импровизированный центр управления полётом позади него — собрание дешёвых столов в помещении, напоминавшем склад. «Наш бюджет сократился, но мы собрали большую часть первоначальной команды управления полётом. К сожалению, у нас нет средств на производство или запуск корабля, который изначально планировалось отправить за вами…»
Надежды Тая рухнули — как и надежды остального экипажа.
«Однако у нас есть другая идея». Лакруа отступил в сторону, и рядом засветилась голограмма обтекаемого космического корабля. «Мы думаем, что вы сможете построить возвратный корабль сами — по проекту, который изначально разработал Catalyst. Мы отправляем вам CAD-чертежи — всего чуть более 62 тонн сухой массы — цельный несущий корпус из кобальтовой стали с керамическим абляционным теплозащитным экраном, в общих чертах основанный на отменённом проекте NASA X-33 VentureStar».
Лакруа повернул голограмму. Корабль был элегантным и без иллюминаторов, с рудиментарными крыльями ближе к корме и двумя короткими хвостовыми килями. Ракетного двигателя у него не было. Это был просто планёр.
«При таком несущем корпусе вы сможете выполнить аэрозахват у Земли. По нашим оценкам, вы будете приближаться к Земле со скоростью не менее 18 километров в секунду. Используя атмосферу Земли для аэроторможения, вам не понадобятся ракеты для замедления — для этого потребовался бы огромный корабль с системами охлаждения сотен тонн жидкого кислорода и метана в пути. Вместо этого, с такой конструкцией вы сможете отправиться с Рюгу на гораздо меньшем судне, которое значительно проще построить».
Абарка прищурилась. «Он что, серьёзно ожидает, что мы построим собственный космический корабль?»
Сообщение Лакруа продолжалось. «Этот возвратный корабль был спроектирован много лет назад той же командой, которая проектировала «Константин». У нас есть полный перечень деталей, и мы будем вас направлять. Кроме того, мы написали программное обеспечение, которое поможет вашему возвратному кораблю с астронавигацией, двигательной установкой и системой жизнеобеспечения».
Абарка всплеснула руками. «Он правда думает, что мы можем построить гиперзвуковой несущий корпус?»
Адиса уже изучал полученные цифровые чертежи. Он кивнул сам себе. «Мы не будем его строить, Изабель». Он поднял взгляд. «Мы будем его выращивать. Как нас учила Эми».
Тай, Адиса и Чиндаркар в последующие дни раз за разом пересматривали обучающие материалы Эми Цукады по химическому осаждению из газовой фазы. Инженеры из центра управления полётами прислали дополнительные CAD-чертежи, и весь экипаж принялся их изучать.
Инженеры также прислали VR-симулятор полёта, чтобы экипаж мог научиться управлять их теоретическим возвратным кораблём. Манёвр аэроторможения имел настолько жёсткие допуски, что полностью выполнялся программой управления полётом. Однако просто добраться до окрестностей Земли требовало немалого мастерства.
Цзинь уже изучал две тысячи страниц технической документации возвратного корабля. «Я летал на истребителях, и у меня сто часов на тренажёрах по входу в атмосферу в капсуле. Думаю, я смогу это пилотировать».
Тай хлопнул его по спине. «Похоже, у нас есть пилот».
После нескольких дней изучения CAD-чертежей, спецификаций, технических руководств и программного обеспечения все пять членов экипажа сидели за рабочим столом в Фаб-Хабе. Между ними парил голографический чертёж аэротормозного аппарата, состыкованного с разгонной ступенью. Значительно более крупная разгонная ступень представляла собой каркасную конструкцию, удерживающую шесть сферических топливных баков в два ряда по три, с двумя ракетными двигателями между ними. Впереди них располагался цилиндрический жилой отсек экипажа.