Голос Адисы: «Пройдёт несколько часов, пока это завершится. Заходите и отдохните».
Чиндаркар подвела мула к ним. Цзинь и Тайги устало вплыли на подножки и пристегнулись. Держась, пока они проплывали мимо радиальных штанг, Тайги вглядывался в космос.
Величие, окружавшее их, больше не вдохновляло Тайги. Вселенная теперь казалась холодной, равнодушной и непостижимо далёкой. Земля была лишь белой точкой в бесконечной пустоте. И всё же это был дом.
Больше всего на свете он тосковал по дому.
Всё тело ныло; Тайги лежал на потёртом диване во втором жилом модуле, слушая берлинскую радиостанцию классического рока. Музыка его успокаивала. Цзинь дремал в соседнем кресле для чтения, тоже измотанный после очередного долгого выхода в открытый космос — восьмого за шесть дней.
Тайги поднял взгляд на десятки мировых рекордов, нацарапанных чёрными чернилами на алюминиевой стенке центрального модуля, но именно их крайний срок, написанный более крупными подчёркнутыми буквами, невозможно было игнорировать: 10 февраля 2038 года. Эта дата нависала над каждым мгновением бодрствования. Это было окно отправления для возвращения на Землю, примерно через шесть месяцев.
Впервые в жизни Тайги уснул, видя во сне ракетные траектории.
8 ДЕКАБРЯ 2037 ГОДА
Тайги, Цзинь, Абарка и Адиса стояли на подножках двух мулов. Только Чиндаркар оставалась на «Константине».
Мулы висели в ста метрах от самого большого роботизированного буксира, который они когда-либо строили. Имя «Эми Цукада» было выведено метровыми буквами на солнечном щите корабля. По форме судно было идентично двум предыдущим буксирам, но длиннее и состояло из полудюжины рядов мягких баков — в общей сложности 6 000 тонн водяного льда, азота, аммиака и карбонилов — и приводилось в движение восемью маленькими ракетными двигателями, снятыми с горнодобывающих роботов CRC.
Буксир был почти достроен ещё до того, как Яковлев и центр управления полётами связались с ними с планами строительства пилотируемого возвратного корабля, и пока этот строительный проект продолжался, именно Абарка настояла на том, чтобы они завершили и роботизированный буксир тоже.
«Для этого мы сюда прилетели, — сказала она. — Если мы не вернём эти ресурсы, последний год окажется потраченным впустую. А это самая крупная партия груза на сегодня».
И вот Тайги и Цзинь работали без отдыха, устанавливая и подключая двигатели CRC, работая с центром управления полётами над интеграцией их в программное обеспечение навигации, — и всё это на фоне надвигающегося крайнего срока возвращения на Землю.
Теперь, когда роботизированный буксир был готов к запуску, все повернулись к Адисе, который смотрел на сорокаметровый космический корабль.
Адиса произнёс тихо: «Эми была особенным человеком. Она научила нас извлекать строительные кирпичики жизни из этой пыли. Она сохранила нам жизнь — и продолжает это делать. Я надеюсь, что груз на её корабле сделает жизнь возможной для многих других».
С этими словами Адиса нажал виртуальную кнопку, запустившую восемь ракетных двигателей шеститысячетонного гиганта.
Все двигатели беззвучно воспламенились, но корабль не двинулся — по крайней мере, поначалу. Тайги и Цзинь обменялись нервными взглядами. Однако буксир наконец начал двигаться, почти незаметно, а затем ощутимо, унося корабль прочь от Рюгу в глубокий космос.
Запуск был произведён для сохранности. Идеальное окно возврата в окололунное пространство для столь массивного аппарата наступало лишь 17 марта 2039 года — более чем через год после того, как экипаж «Константина» должен был отправиться в обратный путь.
Его перемещали на позицию в нескольких сотнях километров от Рюгу, где он должен был оставаться в спящем режиме до нужного момента. Затем он включит двигатели, разогнавшись на 551 метр в секунду, чтобы выйти на траекторию длиной два года и девять месяцев обратно к окололунному пространству — прибытие к Луне намечалось на 3 декабря 2041 года.
Они несколько минут наблюдали за удаляющимся свечением двигателя.
Это был последний из трёх роботизированных буксиров, отправленных к Земле по длинным, низкоимпульсным траекториям. Экипаж «Константина» должен был вернуться раньше всех грузов, кроме двух — если им вообще удастся покинуть Рюгу.
Наблюдая, как свечение ракет тает вдали, Абарка сказал: «Что бы с нами теперь ни случилось, мы выполнили свою задачу. Мы отправили обратно одиннадцать тысяч тонн ресурсов. Это больше, чем надеялся Натан. Более чем достаточно, чтобы дать толчок прорыву человечества в космос. Теперь пора спасать самих себя».