Тем не менее для них начали копиться сообщения — от FAA, NASA, ESA и других. Они их игнорировали и вместо этого находили утешение в обществе друг друга, глядя через окна отеля на Землю, проплывающую внизу, — на неописуемую красоту жизни.
Наконец, на третий день прибыл старый космический корабль «Союз». Он прилетел только за ними — без сомнения, по цене, значительно превышающей стоимость одного из многоразовых ракетных запусков Мейси или Бёркетта. На нём стоял логотип коммерческого ответвления «Роскосмоса» — по слухам, работающего в убыток ради поддержания национального престижа. Русские, должно быть, были рады заказу. Какова бы ни была причина, Тай был рад видеть капсулу.
Цзинь предупредил их, что будет тесновато. И он не ошибся.
Когда они с рёвом вырвались из мезосферы и капсулу начало трясти, Тай посмотрел на Цзиня, который, будучи обученным тайконавтом, провёл сотню имитаций спуска на «Союзе» и теперь командовал капсулой. Цзинь выглядел мрачным. Взгляд на Чиндаркар показал, что она чувствовала то же самое. Странно, но Тай не испытывал ни малейшей тревоги по поводу их спуска — хотя капсулу сильно трясло, за окном появилось оранжевое свечение, а его вдавливало в кресло перегрузкой в 4 g. К моменту торможения окна почернели.
Вход в атмосферу был пустяком по сравнению с аэрозахватом «Кэрда».
Раздался хлопок, затем снаружи послышался свист воздуха — раскрылся тормозной парашют «Союза», бешено мотая капсулу на стропах. Наконец раскрылись основные парашюты, и спуск успокоился. После нескольких минут падения сквозь ясное голубое небо сработали посадочные двигатели, и вдруг капсула «Союза» оказалась на земле. Она медленно завалилась набок.
За почерневшим иллюминатором рядом с ним Тай увидел стебли молодой травы. Он улыбнулся при виде этого.
Все трое отстегнули привязные ремни. Тай посмотрел на Цзиня. «Давай…»
Он подполз к верхней части капсулы и повернул запоры люка. С некоторым усилием он потянул дверцу люка внутрь, и свежий ветерок ворвался мимо него. Тай рассмеялся и услышал за спиной изумлённые возгласы радости.
Он выбрался на четвереньках и наконец перекатился на примятую траву. Он смотрел вверх на голубое небо, усеянное кучево-дождевыми облаками, и глубоко вдыхал воздух Земли. Прошли годы с тех пор, как он чувствовал запах такого обилия жизни.
Чиндаркар и Цзинь выбрались следом, перекатившись на спину в траву рядом с ним. Они тоже смотрели в небо.
Чиндаркар засмеялась от восторга. «Как красиво!»
Тай осторожно поднялся. Его пошатывало, но в остальном он мог стоять при земной гравитации. Плоская степь простиралась до горизонта во всех направлениях. Он знал, что они находились где-то в Карагандинской области Казахстана.
Снова на Земле. Наконец-то. После четырёх с половиной лет.
Единственный раз, когда он чувствовал себя таким же живым, был после того, как он выбрался из «Тянь Син». Сейчас его эмоции были столь же противоречивы.
Вскоре до его ушей донёсся звук вертолётов. Тай обернулся и увидел пару Ми-8, направлявшихся к ним.
Чиндаркар неуверенно встала рядом с ним, как и Цзинь.
«Ну что ж, поехали».
Все трое взялись под руки.
Тай сказал: «Вы двое — самые важные для меня люди на Земле. Я никогда этого не забуду».
Цзинь и Чиндаркар кивнули.
Они повернулись, когда вертолёты преодолели расстояние и сели в двадцати метрах от них, воздушным потоком от винтов ещё сильнее прижав траву.
Высадились около дюжины солдат и несколько гражданских. А затем Тай вдруг увидел приближающееся знакомое лицо — Севастьян Яковлев.
Бородатый бывший космонавт двинулся вперёд, улыбаясь и раскрывая объятия. «Добро пожаловать на Землю!»
Чиндаркар засмеялась и обняла его. Он поцеловал её в обе щеки.
«Как хорошо видеть вас живыми!» Он повернулся к Цзиню. «Вот это пилот!»
Цзинь не успел опомниться, как Яковлев сгрёб его в медвежьи объятия и тоже расцеловал в обе щеки.
Затем Яковлев повернулся и проделал то же самое с Таем.
«Чёрт возьми, как здорово тебя видеть, Як».
Яковлев поднял руку. «Я знаю, что не всё радостно. Но сегодня великий день! Мои друзья вернулись на Землю».
Тай обернулся и увидел казахстанских военных, мужчин и женщин, осматривающих капсулу. Он с надеждой посмотрел в сторону вертолётов. «Так что, Айке всё ещё нет?»
Як стал ещё мрачнее. Он сжал плечо Тая. Взгляд русского сказал всё за него. «Я не мог тебе сказать. Пожалуйста, пойми».
Тай почувствовал, как мир покачнулся. «Нет». Он опустился на колени в траву. Он обхватил голову руками. «Нет».