Яковлев опустился рядом на колени. «С ней произошёл несчастный случай в Доломитах. Полтора года назад. Мне жаль, Джей Ти. Говорят, это было мгновенно».
Тай обхватил голову руками. «Нет».
Чиндаркар и Цзинь подошли к Тайги и каждый положил руку ему на плечо. Тайги сжал руку Чиндаркар. Он не мог не вспомнить опасения Даль насчёт «Константина». Переменные были известны, сказала она тогда.
Тайги накрыли волны горя — но одновременно и радости от того, что он жив. Он был потрясён.
Подъехало несколько наземных машин, и через пару минут бронеавтомобиль остановился почти вплотную к капсуле «Союза». Казахский таможенник в фуражке вышел, когда боковая дверь открылась. Он навис над Тайги и произнёс по-английски: «Документы на въезд, пожалуйста».
Тайги поднял глаза. «Да. Конечно…» Он порылся в карманах лётного комбинезона и протянул свой американский паспорт и лётные документы FAA.
Цзинь и Чиндаркар передали свои китайский и индийский паспорта и лётные документы.
Чиновник изучил документы, остановившись сначала на документах Тайги. Он нахмурился. «Тут ошибка. Сотрудники NASA записали неверные даты запуска и возвращения».
Тайги вздохнул. «Да, насчёт этого…»
Яковлев вмешался, обхаживая чиновника по-русски, но они быстро начали препираться. Взгляд на лётные документы Цзиня только ухудшил ситуацию.
«Это нужно будет передать моему начальству».
Тайги снова расстегнул лётный комбинезон и через мгновение извлёк неогранённый алмаз с неровными краями размером с леденец от кашля. «Может, решим вопрос на месте. Этого хватит на наш штраф?»
Чиновник скептически поморщился.
Тайги положил алмаз ему в руку.
Чиновник поднял его к солнечному свету, затем недоверчиво сдвинул фуражку на затылок. Отвернувшись, он провёл камнем по бронированному боковому стеклу своего автомобиля.
На стекле осталась глубокая царапина.
Тогда чиновник повернулся к Тайги, широко улыбнулся и раскинул руки. «Добро пожаловать в Казахстан!» Затем он обнял Тайги и расцеловал его в обе щёки.
ГЛАВА 50
Земляне
20 ИЮНЯ 2038 ГОДА
Цзинь Хань вышел из Терминала 3 Пекинского международного аэропорта «Столичный» и окунулся в прекрасный весенний день. Одетый в пиджак и рубашку с расстёгнутым воротом, недавно сшитые для него в Гонконге, он наслаждался воздухом и жизнью вокруг, пересекая широкий тротуар в сторону стоянки такси. Толпы путешественников двигались мимо. Он не мог сдержать улыбку. Быть живым. Иметь цель. Иметь безграничные горизонты. Всё это теперь принадлежало ему.
Внезапно он замедлил шаг и остановился.
У бордюра его ждал отцовский лимузин «Мерседес» с чёрными внедорожниками спереди и сзади. Отец Цзиня стоял у него на пути, на тротуаре, в своём обычном костюме в тонкую полоску, в окружении охраны. И всё же что-то изменилось.
Цзинь не чувствовал страха.
Несколько мгновений они с отцом смотрели друг на друга.
Затем Цзинь пошёл мимо.
Его отец упал на колени, сложив руки и склонив голову. — Я не знал. Ты должен мне поверить.
Цзинь ещё мгновение смотрел на него, а затем сказал: — Это едва ли имеет значение, отец. — Он продолжил идти, оставив отца на тротуаре, и подозвал такси.
Эрика Лисовски стояла одна в удушающей жаре и влажности флоридского полудня, солнце палило нещадно. Мемориальный парк в пригороде Рокледжа сам по себе не был примечательным — просто широкая лужайка с табличками, гвоздиками в целлофане и редкими маленькими выцветшими американскими флажками.
Она опустилась на колени рядом со скромным гранитным надгробием, вмурованным в траву. На нём было выгравировано:
ГЕРАРД ЗЫГМУНТ ЛИСОВСКИ
1942–2034
ИНЖЕНЕР ПРОГРАММЫ «АПОЛЛОН»
Глаза наполнились слезами, но она быстро смахнула их. Она убрала обрезки травы с надгробия и положила ладонь на прохладный камень.
Больше всего на свете ей хотелось снова стать маленькой девочкой, сидящей за кухонным столом и слушающей, как этот добрый гений рассказывает ей о вселенной. Или иметь возможность в этот самый миг наклониться к этой родственной душе и прошептать ему на ухо: Мы сделали это, дзядек. Мы наконец сделали это.
Джеймс Тай и Прия Чиндаркар шли по устланным коврами коридорам роскошного отеля, мимо дубовых панелей и под огромными хрустальными люстрами. Отель — увитая плющом достопримечательность из красного кирпича неподалёку от Шебойгана, Висконсин — был знаком Таю с детства, но он никогда в него не заходил.
Сегодня на нём был тёмно-синий костюм с галстуком — первым, что он надевал за десятилетия. Чиндаркар выглядела великолепно в сером шифоновом платье с открытыми плечами и на каблуках, без украшений.