Як кивнул. — Да, русские. Американцы. Все.
Морра указал на стакан. — Где ты раздобыл нормальную выпивку?
— Внутри есть настоящий бар.
Морра направился прочь. — Сейчас вернусь.
Рейес посмотрел на Яка, потом на Цзиня. — Так как мы будем с этим разбираться?
Як и Цзинь обменялись недоумёнными взглядами.
Цзинь ответил: — Разбираться с чем?
— С расширением авторитарных государств вроде Китая и России в космос.
Группа застонала. — Э-э, полегче…
Рейес поднял руку. — Вопрос справедливый.
Як нахмурился. — Российская Федерация — демократия, Эрик.
— Ну да. Вы просто случайно выбираете одного и того же лидера снова и снова.
— Получше тех лидеров, которых выдвигаете вы.
— Вот как?
Цзинь заметил: — Пожалуй, тебе хватит пить, Эрик.
— Почему, потому что я готов спросить то, о чём все молчат? — Рейес подступил к Цзиню. — Вы планируете распространить авторитаризм в космос?
— А вы распространите американский империализм в космос?
Тай встал между ними. — Послушайте, мы здесь не как государства. «Каталист» — частная компания. А сегодня праздник. Давайте не будем ссориться.
— Это законный вопрос, Джей Ти. Рано или поздно он встанет. Лучше не ждать, пока мы окажемся в космосе — давайте разберёмся прямо здесь и сейчас. Эти ребята не верят в свободу личности и демократию.
Як рассмеялся. — Свобода личности. Ну пожалуйста…
Даль потянула Рейеса за руку. — Ну же, Эрик. Не порти вечер.
— Она права. — Цзинь выглядел спокойным. — К тому же Америка — не демократия, а олигархия.
Группа снова закричала: — Э-э, полегче!
Рейес зловеще усмехнулся. — Пошёл ты.
Цзинь продолжил: — А олигархия — это ещё шаг вперёд, потому что демократия — худшая форма правления.
Группа притихла. Даль повернулась к Цзиню с разочарованием на лице.
Рейес протянул руку. — Вот! Стоило лишь копнуть.
Тай прищурился. — Хань, ты правда в это веришь?
Цзинь оглядел присутствующих. — Корпорации не демократичны, но при этом управляют каждым аспектом американской жизни. Если демократия так важна, почему так происходит?
Тай вздохнул. — Потому что демократия — это всегда незавершённый процесс. Вот почему.
— Половина ваших сограждан живёт в нищете. А китайское руководство принесло своему народу великое процветание.
Морра вернулся к группе со стаканом бурбона. — Думаешь, это процветание случилось бы без Запада, Хань? У Китая просто была более дешёвая рабочая сила.
Цзинь кивнул. — Значит, ты признаёшь, что у капитализма нет лояльности.
Морра отхлебнул бурбона. — Ты правда будешь стоять тут и утверждать, что Китай — не капиталистическая страна?
Адиса вмешался: — Космос не принадлежит Америке.
Все повернулись к Адисе. Для обычно тихого нигерийца это было непривычно резкое замечание.
Адиса посмотрел на Цзинь. «И космос не принадлежит Китаю». Он посмотрел на Яка. «Или России. Или какой-либо другой стране». Он обвёл взглядом лужайку. Вся вечеринка затихла.
«Я скажу вам: когда я был маленьким мальчиком, я мечтал полететь в космос. Я читал всё, что мог найти об этом. Я изучал математику. Я изучал программирование. Я изучал инженерное дело. И всё из-за одной речи, которую я однажды услышал. Она была произнесена задолго до моего рождения — через два года после обретения Нигерией независимости, в разгар холодной войны». Адиса, казалось, осознал, что все взгляды устремлены на него. «В то время, когда мир был близок к ядерному уничтожению, Джон Ф. Кеннеди произнёс эти слова: „В космосе пока нет ни раздоров, ни предрассудков, ни национальных конфликтов. Его опасности враждебны нам всем. Его покорение достойно лучших представителей всего человечества, и возможность мирного сотрудничества, быть может, больше никогда не представится”».
Весь поток курсантов стоял в тишине.
Адиса вглядывался в лица своих товарищей. Он поднял бокал. «За мирное сотрудничество».
Все собравшиеся подняли бокалы. «Слышим! Поддерживаем!»
ГЛАВА 15
Параболическая траектория
Лукас Роша вышел из терминала B международного аэропорта Ньюарк, катя за собой ручную кладь. Обычно после девятичасового перелёта из Франкфурта он был бы вымотан, но путешествие бизнес-классом — совсем другой опыт. Не считая лёгкого джетлага, он чувствовал себя отдохнувшим. То, что за поездку платил новый клиент, делало её совершенно необременительной. Это было оплачиваемое время.
Он проверил телефон, чтобы уточнить, где его встретит водитель. Он был на месте — дверь 5.
Роша приезжал в Штаты не впервые. Однако это был его первый деловой визит сюда. Его новый клиент — американский аэрокосмический стартап, планирующий открыть офис в Люксембурге. Они познакомились на конференции по космическому праву в Женеве. Роша ещё не расплатился с долгами, но дела его практики определённо шли в гору.