Загудел гидравлический мотор, и луч солнечного света прорезал сумрачный грузовой отсек — рампа опустилась на лётное поле. Внутрь хлынул тёплый воздух. Стоял яркий весенний день.
Тай увидел шеренгу журналистов — десятки объективов были направлены на стажёров-астероидодобытчиков, спускавшихся по трапу прямо на пресс-конференцию, которая, судя по всему, уже шла полным ходом. Натан Джойс стоял с микрофоном, приглашая избранных жестом, и его голос гремел из динамиков: «Дамы и господа, подготовленные астероидные шахтёры корпорации „Каталист”!»
Орбитальных стажёров встретили жидкими аплодисментами.
Кто-то похлопал Тая по плечу. Он поднял глаза и увидел сотрудника «Каталист», указывающего на открытую боковую дверь в фюзеляже.
«Пожалуйста, выходите здесь. Вам нужно подписать документы».
Тай, Морра, Цзинь, Абарка, Адиса, Чиндаркар и остальные гуськом прошли через узкую дверь кабины и вышли на лётное поле. Воздух был мягким, а небо над головой — голубым. Окружающий пейзаж был плоским и зелёным.
Адедайо широко улыбнулся. «Хорошо вернуться на Землю».
Цзинь кивнул в сторону Цукады, которая выглядела так, будто носила траур. «Это ты за себя говори».
Пока они шли по лётному полю, мужчина в костюме и галстуке поравнялся с Таем. «Мистер Тай?»
Тай кивнул.
Мужчина сунул визитку Таю в руку и заговорил с новозеландским акцентом: «Тим Хартиг, „Харбинджер Аэроспейс”. Мы — стартап в сфере NewSpace, специализируемся на обслуживании спутников и логистике».
«Ладно…» — Тай взглянул на визитку.
Хартиг кивнул в сторону далёкой пресс-конференции. «Не повезло с „Каталист”, но что-то мне подсказывает, что к астероидам они в ближайшее время не полетят. И если я не ошибаюсь, вы только что прошли лётную сертификацию за счёт Натана Джойса».
«Верно».
«Мы хотели бы обсудить возможность вашего перехода к нам. Мы ищем высококвалифицированных кандидатов и предлагаем конкурентную зарплату, хороший соцпакет, участие в прибыли».
Тай заметил, что другие люди разговаривали с Моррой, Цзинем, Абаркой, Яком. Он слушал, пока они шли к терминалу.
ГЛАВА 18
Наследие
Эрика Лисовски вела арендованную машину, проезжая мимо домов, которые выглядели точно так же, как двадцать лет назад. Она припарковалась вдоль узкой улицы без бордюров и заметила нескольких пожилых мужчин и женщин, обнимающихся на прощание перед тем, как сесть в свои машины.
Её дедушка по-прежнему пользовался популярностью среди пенсионеров НАСА. У него были истории. Хорошие истории — из золотого века космонавтики. Её дед находился в центре управления, когда Армстронг совершил посадку на Луну.
Лисовски взяла упакованный подарок с пассажирского сиденья и вошла в одноэтажный дом, полный родственников. Она заметила мать и отца, которые спорили на кухне — тот самый спор, который обычно возникал у них в любой ситуации, требующей совместных действий.
Отец заметил её и взглянул на часы. — Боже, Э, ты пропустила ужин. Я думал, ты летишь утренним рейсом.
Она поцеловала его в знак приветствия. — Я же говорила, что у меня встреча на Западном побережье.
— Пусть подрядчики сами к тебе приезжают.
Мать обняла её. — Оставь её в покое, Барри. — Она оглядела дочь. — Ты ужасно выглядишь! Ты вообще спишь?
— Я тоже рада тебя видеть.
— Не трогай! — Мать шлёпнула отца по руке, потянувшейся к остаткам праздничного торта. — Твоя дочь ещё не брала ни кусочка.
Двоюродные братья, племянники и племянницы окликнули её из гостиной, увидев её, и обняли в знак приветствия. — Привет, дорогая!
— Лучше поздно, чем никогда!
— Жаль, что пропустила ужин.
Её кузен Рон показал своего маленького сына — тот был очарователен. Рону было чуть за тридцать, он работал техником в СМАБ — Сборочном корпусе твёрдотопливных ускорителей — на мысе. До закрытия программы шаттлов у её отца там было большое влияние. Лисовски тоже была третьим поколением НАСА.
Отец наклонился к ней, когда она снова вошла на кухню. — Выйди, поздоровайся с дедушкой. Он будет рад тебя видеть. Помни: ему девяносто четыре.
— Я знаю, сколько ему лет, пап.
Лисовски открыла знакомую раздвижную сетчатую дверь, и, выйдя на задний двор, увидела малышей, бегающих рядом с молодыми родителями. Она заметила деда, наблюдавшего за ними из инвалидного кресла возле сада.
Герард Зигмунт Лисовски, доктор наук — Джерри для всех, кто его знал. Его родители эмигрировали в Соединённые Штаты во время Второй мировой войны, взяв с собой деда ещё младенцем. Математический вундеркинд, Джерри изменил траекторию всей семьи — окончил Принстон и присоединился к программе «Аполлон» как молодой аэрокосмический инженер.