Накануне ночью Марк виделся с нею в Лэдоке. В следующее воскресенье труппа будет в Сент-Деннис, на краю вересковой пустоши. Керен пообещала выйти за него, но только при одном условии: он должен найти для них жилье. Она не собирается жить в доме его отца, где и так жуткая теснота. Уговор такой: Керен убежит с Марком из Сент-Деннис, если он до воскресенья найдет дом, где она будет полновластной хозяйкой. Но если труппа уедет дальше, в Бодмин, у нее уже не хватит духа все бросить. Так она и сказала. Так что второго шанса у Марка просто не будет. Вот такие пироги.
– И что ты собираешься делать? – спросила Демельза.
Поскольку Кобблдики заняли старый дом Клеммоу, свободного жилья в округе не осталось, и Марк задумал сам к воскресенью построить дом. Друзья готовы ему помочь. Они уже присмотрели подходящий участок на пустоши с видом на поместье Тренеглоса. Но земля-то все равно принадлежит Полдаркам. А капитан Росс в отъезде…
Так странно было думать о том, что этот суровый и немногословный здоровяк вдруг влюбился, но еще больше Демельзу удивил выбор Дэниэла.
– И чего же ты от меня хочешь? – спросила она.
Марк объяснил, что на строительство требуется разрешение. Он считал, что сможет платить Полдаркам арендную плату за землю. Но если ждать до завтра Росса, то он потеряет целый день.
– А не поздно начинать? – засомневалась Демельза. – Вы не успеете построить дом к воскресенью.
– Я думаю, что у нас все получится, – сказал Марк. – Я на всякий случай заранее собирал глину по ночам. Ее там много поблизости. У Неда Боттрелла из Сола есть солома для кровли. Мы же не бог весть какие хоромы собираемся ставить: четыре стены и крыша над головой, – успеем.
Демельзе очень хотелось сказать, что девушку, которая с самого начала выставляет такие условия, не стоит брать в жены. Но по глазам Марка было видно, что этот аргумент на него не подействует, и она промолчала.
– И какую же землю ты присмотрел, Марк?
– За холмом у Меллина. Там заросли кустарника и дрока, и еще дренажная канава тянется от старого рудника. Но канава пересохла несколько лет назад.
– Я знаю это место… – Демельза хорошенько обдумала услышанное. – Видишь ли, Марк, вообще-то, не в моей власти давать тебе землю. Но мне кажется, ты мог бы начать строительство и без разрешения Росса. Ты же старый друг капитана Полдарка. Неужели он откажет тебе?
Марк Дэниэл секунду молча смотрел на Демельзу, а потом медленно покачал головой:
– Так не годится, миссис Полдарк. Да, можно сказать, что мы всю жизнь были друзьями. Росли вместе. Ходили в море, перевозили ром и джин, рыбачили на Хэндрона-Бич, дрались, когда были мальчишками. Но мы выросли, и теперь капитан Полдарк принадлежит к высшему обществу, а я простой шахтер… И вообще, без разрешения я никогда не возьму то, что принадлежит ему, а он – то, что принадлежит мне.
Сад погрузился в тень. Яркое небо контрастировало со сгущающимися в долине сумерками: земля тонула в бездне ночи, а над нею все еще было светло, как днем. Снаружи долетал один-единственный звук – тихий стук. Это дрозд поймал улитку и пытался разбить ее о камень.
– Если вы сами не можете принять такое решение, тогда я поищу участок в каком-нибудь другом месте, – заявил Марк.
Демельза понимала, что шансов найти такой участок у него практически нет. Отвернувшись от окна, она обнаружила, что после яркого неба может разглядеть только глаза и квадратные скулы Марка. Она прошла через комнату, взяла кремень с огнивом и зажгла первую свечу. Пламя осветило ее руки, лицо и волосы.
– Возьми акр от русла пересохшего ручья, Марк, – сказала Демельза. – Это все, что я могу для тебя сделать. Какими будут условия аренды, я не знаю, я в этом ничего не понимаю. Это вы с Россом потом решите. Но я обещаю, что тебя с этого участка точно не выселят.
Она зажгла от первой свечи еще две, а Дэниэл все стоял у двери и молчал. Демельза слышала только, как он переступает с ноги на ногу.
– Я не могу отблагодарить вас должным образом, миссис Полдарк, – наконец произнес Марк. – Но если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится, вы только дайте знать – я все для вас сделаю.
Она подняла голову и улыбнулась:
– Я знаю.
Марк ушел, а Демельза осталась наедине со свечами, которые все ярче освещали гостиную.