Лиза выполняла план. Биологическая тема быстро себя исчерпала. Удалось создать десяток сеттингов в жанре биорпанка, но поступило замечание из отдела игровой механики, мол, гены – штука сложная, миры выходят из под контроля и плодят немыслимых существ. А имба – всегда плохо для игры. Пришлось поумерить аппетиты.
Классические жанры, вроде дизельпанка, стимпанка и киберпанка Лизе не особо нравились, но ради достижения плановых показателей пришлось и тут поработать. Правда, знаний у Лизы не хватало для убедительных сеттингов. На этот раз аккуратную отповедь написали из управления маркетинга. В архиве ГлавИгры и без того сотни тысяч всяческих панков, замиксованных самыми безумными способами. Лиза всё же не удержалась, собрала планету, полностью покрытую океаном, в истории которой была подводная цивилизация, достигшая постиндустриальной эпохи и в результате перешедшая в нефизическую стадию разумного океана. На этот раз Лизу похвалили из департамента экологии и пожурили из подотдела авторских прав, порекомендовав почитать Лема, автора позапрошлого века. Оказывается, его наследники еще имели права на разумные океаны.
В какой-то момент Лиза поняла, что слишком заморачивается. Действительно, смысл ваять что-то супероригинальное, тогда как её мир – всего лишь обложка для игры, которую разрабатывают всё те же нейросети? Корпорации нужны только её имя, запрятанное глубоко в профиле выдуманного мира, и возможность преподнести мир, как созданный исключительно человеком. Хотя на деле, весь архив, конструктор, вся платформа и все её интерфейсы – плод деятельности нейросетей. Зато платят неплохо, что уж там. Лиза начала работать в конвейерном режиме. Она разобралась, что блоки мира имели свои рейтинги. Рабочий рецепт сеттинга – блоки с высокими рейтингами. Из красивых деталей собираются красивые изделия – принцип был примерно таким. Серьёзным фильтром была оценка на логичность. Специальный игровой движок заселял мир ботами и в тестовом режиме прогонял игру, выдавай ворох замечаний и рекомендаций. Тут вам нужно поправить биологию, а здесь – политику, и религию тоже. Отладка сеттинга занимала больше времени, чем базовое конструирование.
Лиза не интересовалась судьбой уже созданных сеттингов, пока не случилось предсказуемое событие. Правительство внесло законопроект о запрете использования ИИ в игровом миростроительстве, Дума одобрила сразу в трёх чтениях, а скорость такая не обошлась без ИИ, и миры Лизы вдруг стали популярны. Жизнь резко изменилась. Через неделю после исторических событий в кабинет Лизы явилась делегация из отдела маркетинга. Лиза не на шутку испугалась, из всей корпорации вживую она видела только Максима Петровича, все остальные контакты происходили через мессенджеры и соцсети. Политика корпорации подразумевала ограничение до минимума оффлайн-контактов между сотрудниками, и даже приход-уход на/с работы был строго регламентирован по времени. Маркетологи явились, чтобы уговаривать. Прогнозы подтвердились, хэндмэйд стал дико популярным трендом, у Лизы появился собственный копирайт-значок, тавро, и Лизе, конечно же, нужно увеличить своё присутствие в соцсетях, потому что теперь такие как она становятся флагманами новой культурной революции.
- Так уж революции, - засомневалась Лиза, но получила огромную презентацию, в которой маркетологи, кадровики и корпоративные психологи расписали её счастливую судьба, количество подписчиков, отчисления и страховку. Разве что о рисках умолчали, но личная охрана, в том числе тотальный сетевой щит, входят в дополнительное соглашение к трудовому контракту.
Через год Лиза поняла, что ей не нужны деньги. Точнее, их некуда тратить. Транспорт из дома на работу и обратно обеспечивала компания и два охранника-мордоворота. Полное обеспечение, разрешение только на онлайн-заказы и доставку товаров, каких хочешь, но в магазин сходить нельзя. Понимая, что-то не так, Лиза сделала обстоятельный, скорректированный адвокатом, запрос в службу безопасности, и получила столько же обстоятельный ответ – сетевой щит подвергается атакам, серьезным. Оффлайн-безопасность – тоже под угрозой. Когда притушили нейросети – мир сошёл с ума, немного, но обстоятельно, возможно, явление временное, вероятнее – такова новая реальностью. Но лучше подстраховаться. Извините, но решение вопроса с отпуском пока придётся отложить.