Не то чтобы этот просторный лофт с панорамными окнами действительно стал для Демиурга домом. Слишком мало времени по его собственным меркам он провёл в этом мире. Что значат для Тёмного бога какие-то тридцать лет? Мгновение... Но здесь царил уют продуманных до мелочей деталей того самого человеческого, земного комфорта. И здесь хотелось находиться, потому что каждую из этих деталей с маниакальной дотошностью контролировал при создании сам Демиург.
Широченная кровать, на которой при желании могла спокойно выспаться целая толпа людей, рабочее место с огромным монитором и отличной звуковой аппаратурой, способной удовлетворить самого тонкого ценителя. Специальная небольшая комнатка для звукозаписи, обитая поролоновыми ежами, соседствовала с небольшим залом, уставленным и увешанным самыми разнообразными инструментами, начиная от той самой санберстовой электрогитары Gibson Les Paul 59го года, принадлежавшей когда-то одному старому грустному блюзмену, заканчивая концертным роялем Steinway, который Демиург как-то с едва уловимым и вполне человеческим азартом перехватил на одном закрытом аукционе в далёкой туманной стране у очень грустного и делано-улыбчивого коллеги в разноцветных очках. Собственная коллекция цветных очков, кстати, тоже аккуратно разместилась под стеклом в том же зале. Даже кухня могла с гордостью похвастаться самой новой техникой, какую только успело изобрести человечество.
Ничего из этого не было вызвано необходимостью - Демиург не нуждался ни в еде, ни в сне, хотя иногда ему было приятно вкусить и эти простые человеческие радости. Репетиции и записи он проводил на студиях, справедливо считая, что даже самому гениальному музыканту в процессе творчества всегда нужен взгляд, или хотя бы уши со стороны, а сведением и мастерингом, как правило, занимались другие, он только контролировал. Но ему нравилось, что всё это было под рукой. Время от времени и оно находило себе скромное применение, что привносило в жизнь лёгкие минуты радости, которых порой так не хватало.
— Чёрт знает что, — проворчал Демиург, наконец стягивая с себя мокрую одежду.
Фразочка, позаимствованная у людей, как нельзя лучше подходила случаю. Уж этому персонажу точно понравится история о том, как превосходящий его по силе соперник вдруг утратил все свои козыри и только и ждёт, когда его тёпленького зажарят на сковородке. Демоны, которые присутствовали на концерте, уже наверняка наперегонки бежали к своему боссу, чтобы рассказать ему о том, что произошло. Демиург видел нескольких из них среди зрителей и даже среди выступавших. Вот, казалось бы, святое место, а кишмя кишит всякими тварями.
Конечно, здесь никому из них не достать Демиурга. Он ещё после первой встречи с ними окружил свой дом и автомобиль чарами, специально против этих существ, а заодно против их хозяина. Пожалуй, эти чары можно было бы и разрушить, если сильно постараться, но тому чёрту пришлось бы здорово попотеть. Магия здесь работала без всякой подпитки, независимо от присутствия самого Демиурга, и сейчас это её свойство пришлось как раз кстати.
…Как и детали комфорта.
Стоя под горячими струями душа, он наконец смог оценить плюсы пребывания в хрупком человеческом теле. Блаженство просто согреться после прогулки под ледяным дождём заставило на время забыть о всех неприятностях. Подобные ощущения Демиург не смог бы испытать в своём обычном состоянии почти безграничного могущества. Когда-то, будучи смертным, он чувствовал и холод, и жажду, и боль, но всё это настолько успело кануть в забвение, что сейчас каждый оттенок этих ощущения был как открытие.
Мурашки от прохладных капель, спадающих с мокрых волос на разгорячённую после душа кожу, мягкие объятья махрового полотенца и высокий ворс ковра, в котором утопали ступни, а ещё обжигающая пальцы чашка. Даже вкус и запах полюбившегося Spring Melody, чёрного чая с чабрецом и мятой, сейчас казался ярче. И вдруг потеря навеки божественного могущества при таком раскладе перестала видеться такой уж фатальной. Эта мысль вспыхнула, но погасла так же быстро, не успев оформиться во что-то конкретное. Он не смог бы, даже будучи человеком, остаться таковым навсегда, нашёл бы способ вернуть себе хотя бы часть силы. Как с любым навыком: если уже когда-то делал что-то, сможешь повторить это на одной лишь вере в себя самого. Простая магия.
Демиург прошёл в спальню с горячей чашкой чая, сел напротив окна прямо на пол и уставился сквозь собственное отражение в разноцветную бездну за стеклом. Пальцы зарылись в мягкий ворс ковра. В голове вдруг стало тихо и пусто, а на сердце спокойно. Мятущиеся до этого мысли от чего-то угомонились, уступив место молчаливому созерцанию ночи. Город, захваченный дождём, казалось, существовал в отдельном измерении, в недосягаемости, и мог бесноваться сколько угодно, не в силах пробиться своей суетой и промозглостью сквозь хрупкую прозрачную преграду. Собственное существование в этом городе сейчас казалось таким же призрачным, как и отражение в стекле. Да и вся эта ситуация — какое-то глупое наваждение, сон, который рассеется с первым лучом солнца. Эта странная экзистенциальная пауза напоминала те секунды тишины, что разделяют треки в музыкальном альбоме. Безмолвие перед неизвестностью, ведь ты выставил режим случайного выбора композиций и не знаешь, какая мелодия зазвучит следующей.