Впрочем, Демиург и сам начал догадываться. Он чувствовал, что структура дыма плотная, плотнее чем всё, что он знал до этого. Уникальная энергия этого минерала делала его дым непроницаемым для силы. Слова кота тут же и подтвердили догадку:
— Внутри он как стена, мессир. Я не могу пробиться сквозь него. И он становится всё твёрже. Как дым может быть таким твёрдым, мессир?
— Я бы и сам хотел это знать, Кот, — ответил Демиург. — И ведь люди не дураки, используют его по назначению. Но я никогда не слышал, чтобы кто-то относился к этому серьёзно. Обычная традиция. А оказалось, что корни её уходят в истинное знание.
— Мессир, можно мне больше не трогать его? — жалобно мяукнул кот. — Мне нехорошо.
Демиург опустил взгляд на кота. Тот выглядел перепуганным до предела. Шерсть вздыбилась на загривке, хвост неистово бился о стол, глаза почернели от расширенных зрачков.
— Что ты ещё увидел? — спросил Демиург, откладывая камень в сторону.
Кот облегченно вздохнул.
— Дым не только не пускает через себя, он захватывает всю силу, какая попадается на пути, и держит. Это ловушка, мессир.
— Любопытно.
Хотя, как раз именно это свойство всё и объясняло. Оказываясь под действием ладана, сила словно попадала в раствор цемента, который мгновенно застывал. Поэтому для существ тонкого мира дым становился непреодолимой преградой.
Поразительно! И люди даже не догадывались об этом. Точнее, не догадывались современные люди. А те, кто тысячелетия назад придумал использовать ладан для ритуалов, прекрасно знали о его свойствах — отгонять духов, не пускать их в жилище, создав из дыма ладана настоящую ментальную стену. Картина сложилась сама собой.
Осталось только прощупать прошлое, узнать историю, отыскать источник, ибо убрать ладан из настоящего было недостаточно. И здесь снова силы видения не хватало, как отнятой конечности.
Демиург глянул на кота, но сразу же отказался от идеи снова использовать животное в качестве своих глаз. Слишком тот был напуган. Возможно, останься кот горгульей, Демиург не был бы с ним так щепетилен, но белый шерстяной ком с голубыми глазами теперь казался ему собственным произведением искусства, которое не хотелось портить.
Пришлось отправляться в прошлое самостоятельно. Сначала осторожно и медленно, выискивая отголоски ладана в эпохах и исторических отрезках, потом смелее и быстрее, следуя за тихим отзвуком и продвигаясь всё дальше и дальше.
Он листал столетия, словно страницы книги, погружаясь в зыбкий песок времени и прикасаясь к событиям, связанным с этим минералом, как к тексту, написанному шрифтом Брайля. Он потянулся к самому началу, к тому моменту, когда человек впервые обнаружил магические свойства ладана. В какой-то момент течение остановилось, и река времени вынесла Демиурга к нужной точке. Он услышал бормотание примитивных заклинаний, почувствовал слабые движения силы. Какой-то смертный, наделённый даром, взывал к божествам. Он просил помощи и защиты, он предлагал жертву, и, как ни странно, божества откликнулись. Точнее одно. Демиург узнал энергию того, кто питал этот мир, кто создал этого надоедливого ангела. Божество указало путь, указало место, где нужно искать. И смертный нашёл.
Воображение подкинуло образ старого шамана, танцующего под сводами пещеры, увешанного амулетами и разрисованного символами давно забытого знания. Демиург услышал треск костра, запах горящей древесины, а за ним последовал тот самый сладко-пряный аромат. Захотелось отшатнуться, перевернуть страницу. Дым встал непроницаемой стеной, разогнав духов и всех иных существ, обитающих в тонком мире. Но Демиург дождался, когда шаман погасит свой костёр, дождался радостных восклицаний, когда руки шамана раскопали землю на месте костра и наткнулись на заветные кристаллы.
Возвращение во времени было муторным и тяжёлым. Словно прошлое этого мира желало поглотить Демиурга, запереть его между своих бесконечных страниц, засушить как цветок от забытой любовницы. Но что такое прошлое против силы тёмного божества? Ладан сколько угодно мог оберегать людей от мира духов, но для него он превратился в большую проблему. Демиург не стал долго думать, что делать с этой досадной помехой — уничтожить его не только на всей планете в данный конкретный момент, но и переписать историю, сделать так, чтобы этого минерала никогда и не существовало.
Он действовал на ощупь, пробирался во тьме, двигаясь по тонкому следу аромата, как по хлебным крошкам, выкорчёвывал его, начиная с самого первого дня. Шаман не нашёл его в ту далекую ночь, не тушил костёр и не сбивал пальцы в кровь, копая твёрдую землю. Демиург тянулся и удалял этот минерал из всех пород, какие смог отыскать на планете, чтобы не появился новый шаман и не нашёл ладан в каком-нибудь другом месте.