***
Мужчина посмотрел сам на себя из тьмы, усмехнулся и двинулся прочь. Эта борьба оказалась не из лёгких — человек сопротивлялся так отчаянно, как будто у него отбирали того самого сопливого выродка. Но оно того стоило. Демон ощущал эту мощь внутри себя как маленький ядерный реактор. Удивительно, на что способно чувство вины, ненависть к себе и стремление к саморазрушению. Всего несколько минут. Если бы мужчина не оказался в этот момент перед зеркалом, эта мощь растворилась бы. Боль, помешанная на любви и надежде, уничтожила бы эту силу. Мужчина окончательно помирился бы с дочерью, бросил пить, нашёл бы приличную работу и смог прожить вполне счастливую жизнь, точнее её остаток. Скучно, спокойно, в окружении семьи и домашних животных.
Но этому не бывать. Никаких целебных трансформаций. Демон потёр руки в предвкушении первого задания. Ему уже не терпелось найти себе собутыльников и отправить их по чудесной дороге алкогольной зависимости.
***
Свет мой, зеркальце... Часть 2
Молодая девушка, ещё подросток, смотрела на улицу, разглядывая поток машин. Что-то заставило её перестать заниматься своими делами, подойти к окну и обратить внимание на серый Cadillac, который остановился на светофоре. Чувство, похожее на дежавю, физически ощутимо пронеслось по телу от пяток до макушки, но так же быстро угасло. Она вернула занавеску на место и улыбнулась. Теперь ничто не могло нарушить того просветления, которого она достигла.
Странно, что всего час назад она была в ужасе, глядя на то, как её двойник в зеркале живёт своей жизнью. Это напоминало страшный фильм или сон, от которого невозможно очнуться. Но потом она всё поняла, прозрела и осознала. Двойник забрал все страхи, всю боль и злобу, все обиды и комплексы. Он унёс в темноту зазеркалья всю грязь, какая таилась в душе и тянула тяжёлым грузом.
Выйдя из ванной, девушка направилась не в комнату, чтобы надеть кроссовки и спортивную форму для пробежки, как собиралась, а в кухню, и вытащила из ящика свёрток с мусорными мешками. Она подумала про себя, как удачно, что на этот раз в магазине продавались такие большие и прочные мешки с завязками. В такие всегда помещалось много. Она оторвала один и пошла в свою комнату.
Девушка поступала правильно. Это чувство правильности разливалось по телу тёплыми волнами, скапливалось мурашками в животе и было похоже на чувство сытости. На её лице застыла благостная улыбка, как отражение внутреннего состояния. Большой мусорный мешок раздулся от предметов, которые она туда складывала. Очень быстро он стал таким тяжёлым, что его приходилось волочить по полу. Ну, ничего, на кухне в нижнем ящике стола были ещё. Мать всегда покупала запасные.
Хотя, нет, не мать, так нехорошо. Это раньше она называла так свою маму за то, что та никогда не интересовалась жизнью дочери и позволяла отчиму лупить её ремнём с огромной армейской пряжкой прямо по заду. Иногда он попадал по спине и рукам, когда она пыталась увернуться. Не все синяки ещё зажили. Мать не заступалась. Она говорила, что отец учит её жизни.
А дочь убегала от такой жизни на улицу с мячом и украденными из куртки отчима сигаретами. В свои уже почти семнадцать лет её редко принимали за девочку. Пацанка. Короткие волосы, волчий взгляд исподлобья и самый меткий удар правой ногой по мячу. Все во дворе знали, что если она в команде, то команда обязательно победит в матче.
Возможно, только в те моменты, когда мокрая трава вперемешку с грязью под ногами, когда вокруг мельтешение ног, крики, азарт, мяч, как привязанный к рваному кроссовку, и впереди ворота, когда кажется, что ударишь и промахнёшься или поскользнёшься и позорно упадёшь, но вместо этого бьёшь чётко и сильно, и мяч летит, а ты следишь за ним с замиранием сердца, а потом видишь, как вздрагивает сетка, принимая его в свои объятья, а через миг оглушительный ликующий вопль твоей команды, — вот в эти моменты она бывала счастлива. Мечтала о профессиональном футболе и забывала о равнодушии матери и злобном отчиме.
Теперь всё не так. Теперь обиды прошли, растворились в зеркале вместе со всей мерзостью, что она носила в своей душе. Теперь не мать, а мама. И ей, и отчиму тоже предстоит пройти свои перерождения и измениться, очиститься.
Она дошла со своей ношей почти до конца комнаты. У её ног лежал мяч — самая ценная вещь, талисман и, в каком-то смысле, друг. Грязный, потёртый, дешёвый, но раньше она бы не отдала его ни за какие сокровища, даже если бы он порвался. Оставила бы на память. Теперь это был всего лишь мусор, который тут же и присоединился к остальному мусору в мешке: плакаты со звездами футбола, розетка, старые кроссовки, спортивная форма и драные джинсы — всё это не для молодой девушки, от этого необходимо избавиться и освободить пространство для новой правильной, ресурсной жизни.