Генерал нахмурился, но ожидаемого чувства вины не испытывал.
— Это отличное место для сбыта моих депрессантов, — ответил он. — И мне там нравится. Не вижу смысла отказывать себе в том, чего лишал себя всю смертную жизнь.
— И ведь не поспоришь, — засмеялся Падший и спросил: — Как там кстати дела с этими твоими новыми веществами, неужели работают?
— Работают. Мои учёные довели формулу до совершенства. Наркотик постепенно подавляет действие серотонина и дофамина в организме, мозг перестаёт их вырабатывать, и человек становится неспособен испытывать радость. Три-четыре месяца регулярного приёма, и жертва попросту кончает жизнь самоубийством.
— Три-четыре месяца? Не слишком ли быстро? Это может отпугнуть, — возразил Падший.
— Мало кто делает это регулярно. Как правило, конец наступает через полгода-год. Чем реже приём, тем дольше путь. Такую закономерность проследить сложнее. К тому же, сиюминутный эффект так нравится смертным, что им всё равно. Они вообще редко думают о последствиях и закономерностях, — ответил демон.
— Что же, я доволен твоей работой, мой Генерал. Надеюсь, в скором времени подростки всего мира будут наслаждаться нашими прекрасными депрессантами. Ты уж поторопись с логистикой.
Отчёт об успехе гениального изобретения Генерала был как бальзам на душу Падшему. Он обожал самоубийц. Души таких людей не просто останавливались на своём пути к очищению, они возвращались к исходной точке искалеченными, грязными и растерянными. Они вынуждены были начинать свой путь перерождений заново. Генерал своей скромной идеей увеличил число таких людей в десятки раз.
— Ничего не имею против этого имени, но не совсем понимаю, почему вы так назвали меня, — спросил Генерал.
— Разве это не очевидно? Ты собрал мне настоящую армию, — ответил Падший и обвёл рукой выстроенных в ровные ряды сотни демонов, которые явились сюда вместе с Генералом на своеобразный показ. Они занимали всё каменное плато, куда хватало глаз, теряясь на горизонте в тумане водной пыли.
Мужчины, женщины старики и даже дети — вся грязь, все самые тёмные, злобные, низкие устремления людей в концентрированном виде на службе у бывшего ангела.
— Этих демонов создали вы и зеркала той прекрасной леди. Я только собрал их в кучу…, — начал говорить Генерал, но Падший его перебил:
— И заставил функционировать, как точный швейцарский механизм. Не скромничай, тебе не идет.
Генерал кивнул головой и почти улыбнулся. За его спиной сверкнула молния, и за ней, как всегда замешкавшись на несколько секунд, проворчал гром. Падший чувствовал, что демону тоже нравится этот пейзаж. В каком-то смысле такое буйство природы его успокаивало, как классическая музыка. Приятное совпадение вкусов.
Возможно, эта вынужденная ссылка сделала Падшего сентиментальным. Ведь раньше он был доволен обезличенностью своих демонов. Теперь же ему нравилось разнообразие характеров и даже некоторая вольность в поступках своих подданных.
— Ты назвал эту Женщину “прекрасная леди”? Неужели запал на неё? — как бы между делом спросил Падший с усмешкой и двинулся в сторону стоящих по струнке демонов.
— Она — совершенство, — ответил Генерал. — Но её свет способен уничтожить не только меня, но и всю эту армию. Я восхищаюсь ей, но никогда не подойду близко.
— Весьма разумно с твоей стороны. Но ты ведь не прекратил наблюдение за её манипуляциями? Как там её чары? Демиург всё ещё нежится в счастливой дремоте?
Падший повернулся спиной к Генералу и, не дожидаясь ответа, пустился бродить между рядами демонов, любуясь своей работой. — Его магия пока не даёт мне возможности вернуться в реальный мир. Но не тебе и остальным моим чудесным детишкам. Вас он не почует, даже если столкнётся лицом к лицу. Вы сильнее и лучше прежних моих творений. Полный набор пороков и грехов в бессмертной человеческой оболочке. Идеально!
Давно Падший не испытывал такого душевного подъёма и вдохновения. Всё шло гладко. Эта Женщина накладывала чары на зеркала, они разделяли человеческие сущности на светлые и тёмные, и последние потом в виде чистой энергии зла попадали к Падшему. Его радости даже не омрачал тот факт, что приходилось ждать, когда запутанный план Женщины наконец приведёт к уничтожению Демиурга. Немного тревожило непонимание некоторых её действий, например этот мальчишка-принц. Для чего она тратила время и силы, чтобы расколдовать его? Обычный смертный с обидкой на Демиурга. Что он мог сделать? Впрочем и эти сомнения и мысли уходили на задний план и меркли, пока Падший создавал свои новые улучшенные творения.