Одним движением Демиург расправил плечи, освобождая крылья из телесного плена. В общем-то, не для того, чтобы похвалиться их красотой, скорее ловил возможность побыть собой, не боясь быть увиденным кем-то из людей. Крылья раскинулись чёрным полотном над крышей высотки, над крышами соседних домов над лабиринтом улиц, завихрили воздух тугими спиралями, спутали идеально уложенные волосы озадаченного гостя. Реальность постепенно возвращалась в своё исходное состояние.
— Надеюсь мне не придётся обрушивать небесную твердь на твою голову, чтобы ты принял мои условия, удалился наконец в свои царские чертоги и оставил меня в покое навсегда! — Это не было вопросом, предложением или выбором. Демиург приказывал.
Гость скрипнул зубами, но по его глазам было ясно, что он всё понял. Исчез он так же виртуозно тихо, просто сделав шаг назад в пустоту и слившись с ней.
Демиург глубоко вздохнул, сделал ещё пару движений крыльями, которые совсем заскучали без дела, и снова спрятал их.
Уходить с крыши не хотелось. Ночь постепенно сходила на нет, отступая перед зарождающимся днём.
— Ты тоже будешь устраивать разборки и пытаться показать, кто здесь хозяин? — Спросил Демиург, обращаясь к силе, питающей этот мир, к той, с которой он бы не желал вступать в противостояние, даже будучи уверенным в своём превосходстве.
Восточная часть неба окрасилась нежно розовым, перистые облака, словно испачканные акрилом, разрисовали небо широкими мазками, крыльями феникса охватили подол неба, создав шедевр. Сочетание красок вызывало восторг даже у Пожирателя Миров. Это было восхитительно! За всё время, проведённое в этом мире, Демиург, пожалуй, ещё не созерцал такого великолепия.
Увидев ответ на свой вопрос, Демиург улыбнулся и едва заметно кивнул восходящему солнцу.
[1] - цитата Михаила Нахимовича с концерта «Вопреки всему» 2011 года. История не имеет никакого отношения к этому концерту.
Зонтик для Демиурга
— Не стоит тебе туда ездить, — снова тихий голос. На этот раз ангел вежливо обозначил своё присутствие прозрачной дымкой у правого плеча прежде, чем заговорил.
— Тебя забыл спросить, — с улыбкой фыркнул Демиург и нажал кнопку зажигания. — И, кажется, я предупреждал, что мне твоя опека не нужна.
Машина отозвалась тихим урчанием довольного кота. Демиург вырулил с парковки и, пропустив пару торопыг, вклинился в вечерний поток машин, мельтешащих огней и мешанину городских звуков, которые всегда так приятно было заглушить любимой музыкой. В салоне заиграли фортепианные версии старых роковых композиций.
Ангел молчал, но никуда не исчез. Демиург было подумал отобрать у него возможность приближаться к себе, отгородиться заслоном или вовсе уничтожить, но все-таки, пока это существо не мешало, можно было получать своеобразное удовольствие от его пребывания рядом. Эдакий лёгкий наркотик, искусственно приподнимающий настроение.
Через несколько километров Демиурга разобрало любопытство, и, остановившись на очередном светофоре, он спросил:
— Так. И почему?
Ангел ответил не сразу, словно подбирая слова:
— Там ты встретишь свою слабость, — произнёс он. Видимо, ничего более туманного придумать не смог.
Демиург рассмеялся.
— Такое вообще возможно? Если ты говоришь правду, то теперь я хочу туда ещё больше.
Демиургу казалось абсолютно нереальным столкнуться здесь с чем-то, что было бы в состоянии сделать его уязвимым. Он обладал властью и силой переписать эту вселенную, как компьютерный код, от первой секунды создания до последнего мига угасания в будущем, если бы захотел. Тёмные и светлые божества, ведущие вечную борьбу за право владения энергией этого мира, могли стать лишь незначительной помехой. Люди же — только пешки, марионетки.
— Такое возможно, Тёмный. И тебе не понравится то, что ты узнаешь.
— В таком случае, тебе следует пересмотреть свою тактику, Ангел, — усмехнулся Демиург. — Сейчас ты разжёг мой интерес ещё больше. К тому же, — он подмигнул ангелу. — Ты сможешь проявить себя, как хранитель. Зря, что ли, вьёшься вокруг меня, не переставая?
Ангел вздохнул и молча продолжил парить над пассажирским сидением. Стало даже немного жаль это чистое существо с его хилыми попытками выполнять свои обязанности хранителя.
Центр города встретил Демиурга кривыми узенькими улочками и старыми низкими зданиями. В одном из закоулков этого лабиринта приютился величественный католический собор. Он пронзал шпилями низкое осеннее небо, и, казалось, выбрал это место, чтобы на контрасте с окружающей архитектурой поражать своей статью каждого, кто впервые видел его. Элегантный, готически-утончённый, освещённый цветными прожекторами, он походил на богато-разодетого вельможу среди убогой толпы невзрачных домишек.