Дойти до машины и собраться с мыслями…
Это наваждение не могло быть чем-то серьёзным. Демиург поднял воротник и устремился в холодный поток, едва различая дорогу перед собой. А дождь всё усиливался, подчиняясь неистребимому закону подлости. Из размытого фонарями мрака и пелены дождя выскакивали столбы и заборы, норовя преградить дорогу, остановить и запутать. В какой-то момент Демиург испугался, что заблудится и не сможет отыскать машину, будет бродить под дождём, пока не вымокнет до нитки.
— Сынок, что же ты в такую хлябь и совсем раскрывши! Простудишься!
Демиург сначала услышал голос, и только потом, опустив голову и прищурившись от заливающей глаза воды, увидел перед собой низенькую старушку под зонтом. Она разглядывала Демиурга снизу вверх и задорно улыбалась.
— А ну-ка, держи, держи, — прокудахтала старушка и силой всучила Демиургу зонт. — А я тут рядышком живу, за углом.
Она быстро засеменила мимо и в мгновение ока исчезла в завесе струящейся воды. Демиург не успел ничего сказать или даже подумать. Он посмотрел ей вслед, потом поднял взгляд на купол старенького зонта, по которому барабанили тяжелые капли. В этом сомнительном укрытии даже ощущалось какое-то подобие уюта. Демиург сильнее стиснул ручку, на которой осталось тепло старушечьих ладоней, и двинулся дальше. Так странно было принимать помощь от смертной, да еще и такой дряхлой. И это обращение «Сынок». Демиург улыбнулся, на минуту забыв, в какое положение попал. Мимолетная наивная забота старушки о нём, одном из самых могущественных существ во всей вселенной, позабавила его.
Он дошёл до машины довольно быстро, и, хоть сверху от дождя его защищал случайно обретённый зонт, обувь промокла насквозь. Холодно и сыро. Давно и с радостью забытые ощущения.
Демиург поблагодарил собственную страсть к человеческим мелочам, связанным с вождением, — среди прочего, он всегда таскал с собой брелок, чтобы открывать машину без использования своей силы. Тут, в тепле и комфорте, можно было спокойно обдумать сложившуюся ситуацию. Магия не вернулась. Он пробовал изо всех сил, но не смог даже высушить одежду на себе. Вся это ситуация явно была связана с запахом в соборе, какой-то яд, снадобье, действующее на божественную сущность Демиурга, запирающее её в теле, блокирующее, словно сковывающее цепями. Неужели кто-то из давних недругов? Кто-то нашёл Демиурга в этом мире и решил поквитаться, разделаться таким нетривиальным способом, превратив почти абсолютное могущество в беспомощность. Но эта версия не складывалась. Ведь никто не явился убить его. Или месть как раз и заключалась в том, чтобы оставить Демиурга уязвимым человеком навсегда, чтобы он познал старость и встретил свою кончину в муках, как обычный смертный?
— И где тебя носит, мой доморощенный Ангел, когда мне внезапно нужна твоя помощь? — С раздражением спросил Демиург, обращаясь к пустому пассажирскому сидению.
Ангел не появился и не ответил, что было вполне ожидаемо. Люди ведь не могли их видеть. Демиург аккуратно положил зонт на пол под бардачок и завёл мотор. Управление машиной немного успокаивало, хотя Демиурга трясло от одной мысли, что он может остаться человеком навсегда. В этом мире, да ещё и в этой стране…
Добирался до дома он долго. Отвратительная городская ливнёвка не справлялась с потоками воды, исторгаемой небом. На дорогах образовались заторы из машин, которые пронзали дождливую темень нервными гудками и щёлканьем аварийки. Дворники работали в полную силу, но едва успевали смахивать воду с лобового стекла, видимость в пару десятков метров заставляла красться, а не ехать. Желание Демиурга побыть в человеческой шкуре сыграло с ним злую шутку — взяло и исполнилось в полной мере. Ведь раньше он брал от процесса вождения только приятные детали, устраняя всё, что могло доставить дискомфорт: пробки, плохая погода, аварии и некачественные дороги, — всё это доставалось смертным. Теперь и ему перепало в качестве бонуса к уже произошедшему.
«Тоже мне, любитель передвигаться по городу без помощи магии», — мрачно усмехнулся он.
Проникнуть в собственную квартиру тоже оказалось не так просто. Демиург никогда не пользовался ключами, и чаще всего просто перемещался с парковки домой, избегая лишних встреч с соседями, к примеру, в лифте. И полусонный консьерж никак не хотел вспоминать Демиурга, как жильца этого дома. Только после долгих уговоров и увещеваний, старик таки разыскал запасные ключи и проводил его домой.