После чего зашёл к ничего не подозревающим бедолагам с тыла. А они так удобно набились в тёмный подъезд, что мне даже толком целиться не приходилось. Стреляй чуть выше середины да не забывай про контрольный удар копьём в рожу, дабы ненароком не цапнули.
И когда, наконец, я приговорил последнего зомби, так неудачно застрявшего пальцами в исполосованной двери квартиры, где я был каких-то двадцать минут назад, на мгновение ощутил, как дышать легче стало.
И даже вдохнул полной грудью воздух свободы. Чтобы тут же зайтись в кашле от висящего в подъезде «аромата». Очередные вонючки…
Выбравшись из подъезда, отправился в сторону берега, где меня должны были поджидать гоблины.
Собственно, они и поджидали, отплыв от городка метров на пятнадцать. Впрочем, едва разглядев меня, тут же принялись грести обратно.
— Быстрый шмон по окрестностям. Далеко не заходим, к подозрительным кучам не приближаемся! — начал я отдавать команды, едва плот коснулся земли. — Собираем монеты и сферы. Как нашли сферу, сразу сюда. Ферштейн? Тогда алга!
Сомневаюсь, что гоблины знали казахский, однако с плота рванули. Впрочем, чего это я… Им же дали шанс помародёрить, а это дело они любят.
Следующий час я аки настоящий Владыка принимал дары от своих поданных. Плохо только, что подданные выглядели так себе, а дары были добыты именно мной…
Да и сами подданные удивляли. Спустя пятнадцать минут ко мне подошёл один из гоблинов, протягивая сферу и горсть монет. Но это так, сопутствующий момент.
Больше меня удивил его внешний вид.
— Ну и что это такое? — поинтересовался я у коротышки в ботинках на высокой платформе и некогда жёлтой, но сейчас грязной женской блузке с длинными рукавами, заправленной в набедренную повязку.
— Одежда…
— Да я вижу, что одежда… Ничего нормальнее не нашёл?
— Нраица… Ботинки высокие, рубашка мягкая. Удобно! — с неким достоинством произнёс зелёный, а я заметил, как на него с завистью смотрят остальные присутствующие в данный момент гоблины.
— Хрен с вами, переодевайтесь… — взглянув в по-настоящему жалостливые жёлтые глазёнки гоблинов, дал я своё разрешение. — Только всё же поприличнее что-нибудь выбирайте, не позорьте своего Владыку…
И гоблины выбрали… Видимо, именно в этот вечер вселенская мода издала последний писк и крякнулась без права на перерождение.
Впрочем, к тому моменту я уже настолько задолбался, что даже смеяться сил не было. Так что, убедившись, что все сферы собраны, а монет больше не предвидится, приказал грести в сторону дома.
Однако причалив к берегу, со стоном посмотрел на гору сложенного хлама и, борясь с желанием рухнуть прямо здесь и прямо сейчас, побрёл в сторону лагеря, приказав всем гоблинам взять по максимуму вещей.
И таких ходок пришлось совершить штук пять. Причём, придя в первый раз в лагерь и увидев, что чёртовы коротыхи ни хрена за полдня не сделали, гнал лентяев до берега пинками под едкие смешки приодевшихся товарищей.
Впрочем, телесные наказания были не единственным методом воздействия. Как и обещал ранее, у меня кто не работает, то не ест.
Так что едва весь груз был перетащен в лагерь, добытчики сели за стол с аппетитно парящим чаном с макаронами и тушёнкой, а халтурщики отправились голодными в Пещеру палец сосать. Один на всех…
Кстати, пока коротышки таскали вещи, я успел раскидать ловушки, состряпанные во время вынужденного отдыха.
Поставил я их на тропе, вытоптанной заражёнными, что пытались добраться до моего кристалла. Шли они по прямой и след оставили вполне чёткий, так что промахнуться было сложно.
Но это мне всё очевидно. Однако я тут не один обитал, так что пришлось ещё и с табличками повозиться, указывающих моим высокоинтеллектуальным поданным, что здесь ходить не следует.
Так что, как ни крути, а денёк вышел насыщенным, и добрался я до лежанки на автопилоте и, стянув в себя одежду, почти мгновенно отрубился. Лишь одна мысль мелькнула в перегруженной голове:
— Хм, странно… Сегодня же из коротышек никто не помер. Ох и не к добру всё это…
Глава 9
Аллод Шарова
Тринадцатый день проекта
Полночь
Прозрачная вода озера беззвучно разошлась в стороны, выпуская из своих глубин заражённого. Точнее, заражённую.
Невысокая девушка с длинными светлыми волосами, давно сбившимися в грязный колтун, который даже прогулка по дну не размочила, перевалила через край берега и встала на четвереньки.
Существо хотело есть. Чувство непрекращающегося голода уже давно стёрло всё человеческое из мозга, искорёженного заразой. Однако разум у существа присутствовал, пусть и сменив привычную для любого человека логику поведения.