— Я всегда рядом с отцом, — встрепенулся мелкий. Ему действительно было мало лет. Максимум двенадцать, а то и того меньше. — Помню сообщение перед глазами, а потом здесь, рядом с папой появился…
— Спасти вас я не могу. Однако облегчить страдания перед смертью мне под силу, — повернувшись к мужчине, довольно громко произнёс я. — А также в благодарность за вашу помощь у меня есть для вас два варианта.
Услышав про участь отца, парень заплакал, однако старший, напротив, подался вперёд, ловя каждое моё слово.
— Я должен зачистить этот Осколок от одержимых, после этого я его должен буду либо присоединить, либо поглотить…
Я на мгновение прервался, услышав, а потом и увидев, как к нам подошла Кнопка. Снаружи слышались звуки сражения, похоже, гоблины столкнулись с остатками нечисти, однако команды Третьего звучали чётко, так что они там и без меня справятся.
— И как очевидно, данный Осколок я присоединять не собираюсь. Так что поглощение единственный исход, — я указал на раненного гоблинше, и та, опустившись на колени, принялась водить по его телу. — И у вашего сына есть выбор, либо я развоплощаю, и у вас есть призрачный шанс воскреснуть где-то вместе, либо я заберу его с собой.
— Отец! — воскликнул малец.
— Нам надо… подумать… — медленно, но разборчиво произнёс мужчина, ощутив прилив сил, благодаря воздействию магии Кнопки. Впрочем, это ненадолго.
— У вас пять минут, — я поднялся на ноги, потянув за собой измазанную в чужой крови девушку. — И мой совет, решайте не сердцем, а головой.
Подтолкнув побелевшую гоблиншу, я направился в сторону выхода, звуки битвы слышались всё громче.
Однако уже на пороге обернулся и посмотрел на мелкого, прижавшегося к единственному родному существу во Вселенной.
Советовать всегда легко, вот только кто их слушает, эти советы?
Глава 18
Аллод Шарова
Двадцать девятый день проекта
— Что ж, не одобряю, но понимаю, — пробормотал я, глядя, как передо мной на месте Осколка «огородников» появляется стена тумана.
Зачистка от остатков демонической заразы не заняла много времени. Да и, лишившись подпитки демонов, одержимые стали просто сошедшими с ума маньяками, бросающимися на нас, без какого-либо намёка на тактику.
Так что, покончив с последним сумасшедшим и получив сообщение об успешном освобождении Осколка, я вернулся к мальчугану и его отцу.
Последний уже толком и говорить не мог, однако хватило и его взгляда, чтобы понять, что сына он отпускать не собирается.
Впрочем, я всё же сообщил, что у парнишки есть почти час, пока мы будем уходить с осколка. И если он всё же решится, я буду его ждать.
И я честно выждал положенное время и даже больше, приказав усесться всем на плоты, но не отчаливать.
— Почему он не пришёл? — тихо спросила Кнопка, держащая руки над израненным гоблином, но при этом, как и я, смотрящая в сторону исчезнувшего берега. — Разве ему не страшно? Он остался один. А если его занесёт на Осколок, где ещё хуже? А если они ошиблись и больше никогда не встретятся? Господин, вы же могли его связать и забрать с нами!
— Мог бы, конечно, — кивнул я. — Вот только ничего хорошего из этого бы не вышло. В лучшем случае парень бы просто замкнулся в себе, решив, что я разлучил его с отцом. В худшем же… покончил бы с собой, перед этим совершив какую-нибудь глупость с целью отомстить мне. Ещё бы и вы пострадали.
— Но он же ребёнок! — упрямо произнесла гоблинша. Всё же одержимость не прошла для неё даром, сняв какие-то внутренние барьеры.
А может, и вовсе не только суккуб ковырялась в мозгах Кнопы, а и девушка что-то почерпнула в памяти демоницы?
— Жеребёнок, блин… — хмыкнул я, отдавая гребцам приказ двигаться к лагерю. — Кноп, ты умная и чуткая, но тебе ещё многое предстоит узнать о людях. И не все из тех, кто выглядит беззащитным или слабым, таковыми являются на самом деле. Так же, как и те, кто с виду добрый…
Я присел на корточки и провёл рукой по волосам девушки, стряхнув с них запёкшуюся кровь.
— Парень сделал выбор, и теперь лишь ему нести груз ответственности, так что не стоит забивать голову грустными мыслями о его судьбе, — я перевёл взгляд на соседний плот.
Там везли двух погибших гоблинов. Одного, которого оприходовал кокон, второго же уже под самый конец на две части разрубил выпрыгнувший из огня псих. Как тот умудрился молча сидеть в полыхающем доме, уму непостижимо.
Тем не менее поехавший умудрился моментально убить моего бойца без малейшего шанса на спасение.