Я и Абдул недовольно переглянулись и молча ели, стараясь попусту не болтать за столом. Сестра так же сидела рядом с нами и тихо пила чай, внимательно наблюдая за нами. Мама наконец-то убрала свой взгляд от голодного Халима и, с интересом рассмотрев нас, сказала:
– Вам надо будет на рынок пойти, я дам денег, купите немного фруктов и овощей, только сначала сбрейте бороды.
Услышав про бороды, мы все трое резко подняли головы и чуть не подавились.
– Нечего на меня так смотреть, – продолжила мама, встав с места и поставив свою тарелку в тазик. – С такими бородами вы похожи на террористов. Немедленно сбрейте их и не привлекайте проблем в наш дом.
Абдул и Халим с трудом проглотили комок риса во рту и уставились на меня, словно ожидая, чтобы я что-то сказал маме. Выхватив стакан с чаем из-под носа у сестры, я сделал глоток и, выдохнув, сказал:
– Мама, но как это сбрить бороды? Это как бы…
– Как бы что? – недовольно повернулась ко мне Майра.
– Я не могу её сбрить, простите.
– Я могла тебя родить, я смогла тебя воспитать, я смогла жить ради тебя, а тебе ради меня сложно сбрить волосы на лице?
– Нет, мне не сложно, но какой я мужчина без бороды? – уже не зная, как отвечать женщине, говорил я, чтобы не обидеть её.
– Если вся твоя мужественность только в бороде, то мне жаль тебя, сынок. Я буду в зале, и не смейте подходить ко мне, пока не сбреете бороды.
Сказав это, мама недовольно развернулась и вышла из кухни. Абдул посмотрел на меня и тихонько сказал:
– Да ладно тебе, вон сестра наша тоже без груди, но это же не значит, что она не девушка.
– Ах ты…! – резко возмутилась Лания, ударив полотенцем Абдула по спине. – Ешьте без меня!
– Иди давай, сопля, – выкрикнул Абдул вслед выбежавшей из комнаты сестре.
– Прекрати! – жуя рис, сказал Халим. – Это не она у нас в гостях, а мы у них, а значит мы должны соблюдать их правила.
– Я не сбрею бороду! – агрессивно сказал я, тряся рукой перед лицом Халима. – На кого я буду похож? Я даже не знаю, как я без неё выгляжу.
– Вот и узнаем. Она права, Амид, наш вид слишком вызывающий для местных жителей, и мы не должны так ходить.
– О Боже… – стукнул я себя ладонью по лицу и начал протирать глаза.
Халим встал с места и направился в ванную комнату. На кухню снова вошла сестра и молча, с недовольным выражением лица, стала собирать тарелки со стола.
– Ладно, не злись на меня, – с улыбкой говорил девушке Абдул. – Лучше скажи, мне стоит бриться или нет?
– Тебе мама ясно сказала. Или слушайся её, или проваливай!
– Ты чего мне всё время хамишь? Смотри, договоришься.
– Заткнись, пожалуйста, – сказал я Абдулу. – У нас ещё есть одна «хорошая» новость.
– Какая? Только не говори, что ещё одна сестра объявилась?
– Если бы. У нас, оказывается, есть дядя, брат покойного отца.
– Оуу, – произнёс Абдул. – Он уже знает о нас?
– Думаю, скоро доложат, он ведь ка;ди.
– Вот дерьмо…
– Не выражайся перед едой! – возмутилась сестра, протирая стол и с ненавистью смотря на Абдула.
– Да ты достала меня, – ответил девушке Абдул, выдернув из её рук тряпку для стола и кинув в неё.
– Нам только правоверного судьи тут не хватало, – продолжал я. – Он нас слушать не будет и пинком отсюда выставит, это в лучшем случае.
– А в худшем? – поинтересовался Абдул.
– А в худшем… Я даже не знаю, что согласно шариату грозит убийцам, ворам и беглецам, которые ещё и прикинулись умершими детьми несчастной матери.
– Ладно тебе, кто об этом всём узнает? Сдать друг друга не в наших интересах. Если что, то мы просто беженцы, которые боятся вернуться на войну и ищут убежище.
– Думаю, эта проблема меньше всего будет волновать нашего дядю.
Резко в комнату вошёл Халим и, прервав нас, спросил:
– Ну, как? Мне идёт?
– Ты и так был мерзким, а теперь вообще… – скорчив рот, ответил Абдул.
– Не слушай его, брат, – сказала Лания и подошла к Халиму. – Теперь ты выглядишь милее, маме понравится.
– Терпимо, – сказал я. – Но с бородой лучше было. Как ты вообще так быстро её сбрил?
– Сначала ножницами, потом бритвой, – довольно улыбался Халим и поспешил в зал, чтобы показаться маме.
Сестра побежала за ним, а я смотрел на Абдула, который встал с места и, поправив свою зелёную футболку, сказал: