— Придумай ты, — сказал он мне. — Тебе виднее, на кого я похож.
Я посмотрела на его пепельные волосы, на серые крылья, в полумраке воды отливающие лёгким сизо-голубым оттенком…
— Цезиус… — произнесла я, вслушиваясь в металлическое, прохладное звучание этого слова. — Как тебе Цезиус?
— Caesius… — задумчиво проговорил он вслед за мной, словно пробуя его на вкус, и улыбнулся. — Пожалуй, мне нравится!
Я тоже заулыбалась, довольная, что мне так быстро удалось подобрать подходящее имя.
Шуточно протянув ему руку для приветствия, я присела в реверансе.
— Приятно познакомиться с вами, Цезиус! Я Кассандра Мелоун.
Он наклонился, взял мою воображаемую руку и поцеловал.
— Счастлив встретить вас, Кассандра. Ваша неземная красота ослепила меня, и я ваш верный вассал навеки, пока в этой груди бьётся сердце…
Я покраснела от удовольствия и спешно ретировалась к столу, в стремлении скрыть своё волнение, как обычно, схватившись за стакан с водой. Он широко улыбался, видя, как я среагировала на его слова, и я постепенно расслабилась — мои чувства явно были взаимны, и у меня не было поводов для беспокойства.
Усевшись за стол, я сделала серьёзное лицо.
— Так… Нам нужен план. Где я буду тебя вытаскивать, во что тебя одеть, где ты будешь жить. Придумать легенду, чтобы было что отвечать любопытным гражданам, — чеканила я пункты, стараясь не упустить что-то важное. В голове постепенно выстраивалась схема, которую в целом было не так уж и сложно осуществить.
Я сбегала в комнату Сая и Демиса и пошарила у них в шкафу, попутно наведя там идеальный порядок, чтобы очистить свою совесть, пытающуюся грызть меня за непрошеное вторжение в их личные вещи, и притащила старые штаны и футболку, которые Демису уже и так давно пора было выбросить на помойку. Так что, возможно, я ему ещё и услугу оказала, избавив от лишнего тряпья.
Взяв рюкзак, я сложила туда, предварительно заполнив, хрустальную пирамидку и два рубина, половинку хлеба, кусок вчерашнего тунца и большую бутылку энергетика. Кто знает, сколько сил придётся потратить на это действие — подстраховка никогда не помешает.
Сердце колотилось всё быстрее, а когда я прислонила металлическое зеркало к стене и увидела в нём напряжённое лицо Цезиуса, оно и вовсе зашлось в бешеном темпе, словно разгоняясь в ска́чке, неумолимо приближающей меня к тому самому неизведанному рубежу…
Я медленно выдохнула и приложила ладонь к поверхности. Он проделал то же самое, и теперь мы оба, опустившись почти к самому полу, взволнованно смотрели на соединение наших рук, ожидая, что же за этим последует.
Поверхность металла пошла волнами, как ртуть, и я ощутила жар. Он постепенно нарастал, обжигая мою ладонь, и в какой-то момент я не выдержала, почувствовав, что металл раскалился до температуры утюга, и убрала руку… Кажется, это будет не так-то просто…
Я сжала ладонь в кулак, выставила один палец и снова приложила к зеркалу, уже в другом месте. Цезиус, нахмурившись, сделал ответное действие. На этот раз я решила продержаться столько, сколько смогу. Температура нарастала, палец нестерпимо жгло, но я продолжала держать. Боль разъедала кожу, плавя её огнём, я стиснула челюсти, плотно придавливая подушечку к поверхности… И снова отдёрнула руку, зашипев сквозь зубы, не в силах добровольно наносить себе такое увечье.
Засунув палец в рот, я вытащила его и подула на покрасневшую кожу. На ней от ожога медленно вздувались мелкие волдыри. Ну и дела… Наша реальность словно не пропускала к себе Цезиуса без жертв, видимо, снова решив испытать меня на прочность.
— Тебе больно? — спросила я, и он быстро помотал головой, с острым сожалением глядя на мой обожжённый палец.
— Я не хочу такой ценой! — воскликнул он, отодвигаясь от зеркала, и опустил руки, сжав кулаки.
— А я хочу! — рявкнула я, сама не понимая, как я собираюсь осуществить своё намерение, но одновременно ощущая внутри твёрдую решимость довести дело до конца. Не может быть, чтобы не было способа сделать это. Нужно просто что-то придумать.
Необходимо было сбить температуру металла. Я уже умела немного охлаждать воду, но для этого требовался постоянный контакт со стихией, и самой простой идеей, которая позволила бы его осуществить, была погрузить зеркало под воду целиком.
Река или море? Очевидный вывод напрашивался сам собой — на морском побережье было гораздо больше возможностей найти безлюдное место. Перетянув зеркало крест-накрест несколькими связанными поясами от платьев, чтобы мне удобнее было его нести, я накинула на плечи свой рюкзачок, подмигнула ошеломлённому Цезиусу и отправилась в путь.