— Я единственный, кто может ей сейчас помочь, — глухо проговорил Ричард. — А тебе советую вообще не высовываться, пока я сам тебя не найду. Только так ты сможешь её уберечь.
Мужчина кивнул, сдаваясь, и Фэлкон, подхватив девушку на руки, завернул её в свой плотный чёрный плащ и вышел из дома.
***
Единение, наконец, состоялось, и теперь нельзя было терять ни минуты. Я смёл всё со стола и аккуратно уложил её на чёрное сукно. Держись, девочка, ты сможешь…
Рванув блузку, я обнажил её грудь и живот и приступил к ритуалу. Пентаграмма… Свечи… Я надел медальон и открыл книгу на нужной странице. Сделал небольшой надрез на запястье, и кровь потекла в приготовленный заранее сосуд.
Обмакнув палец в кровь, нарисовал знаки у неё на лбу, на груди, на животе, на ступнях… Поджёг травы в небольшой плошке и обнёс стол по кругу трижды, проговаривая активационные заклинания. Энергия начала постепенно сгущаться, закручиваясь над ней в медленный водоворот…
Я запел, прикрыв глаза, вкладывая в свой голос максимум призыва, на который только был способен, и воронка завращалась сильнее, упираясь кончиком ей в пупок. Её тело дёрнулось, выгибаясь, и я положил ладони ей на живот, мягко прижимая её к поверхности стола.
Волны вибраций захватили и меня самого — по спине потянуло холодом, живот скрутило в спазме, к горлу подступала тошнота… Я с трудом удерживал структуру, норовящую в любую секунду рассыпаться и снести ко всем чертям мой разум ураганом Силы, которая превосходила меня самого в сотни раз… Я должен выдержать… Иначе зачем всё это, какой смысл… Я пел всё громче, не щадя связки, отдавая в звуки всего себя, сжигая своё горло в последнем, решающем заклинании.
Воронка вливалась внутрь, вращаясь всё быстрее и быстрее, и она застонала в бреду, жалобно и тонко, как ребёнок… Держись, милая, я здесь, я с тобой…
Перед глазами темнело от напряжения. Сила грозилась разорвать меня в клочья, и я уже мысленно приготовился к смерти, если таковую мне суждено здесь принять…
Стол ходил ходуном, ледяной ветер метался по комнате, трепля волосы и швыряя полы моего плаща… Потусторонние звуки то оглушали, то тянули пронзительным звоном, отдаваясь острой болью в барабанных перепонках…
Внезапно натиск Силы начал спадать, отпуская меня из своих плотных объятий. Я понизил тембр голоса, следуя за потоками, успокаивая их, словно взбесившихся коней, и постепенно замолк, как можно мягче завершая последний звук…
Её тело мелко затряслось, принимая в себя ещё оставшиеся всплески энергии, потом резко вздрогнуло и затихло…
Шипящая тишина звучала шумом морского прибоя у меня в ушах… Лохмотья моего разума всё ещё метались вокруг, с трудом возвращаясь в мой мозг из окружающего пространства. Я открыл глаза, по-прежнему видя лишь тьму, и поморгал, восстанавливая зрение.
Тяжело переводя дыхание и держа ладони у неё на животе, я пытался определить, жива ли она. Багровые всполохи плясали перед взором, и я, отгоняя их, потряс головой. Кажется, я уловил слабый всплеск. Ещё один… Её сердце медленно оживало, вновь качая кровь по венам, и через несколько минут я почувствовал под ладонями привычное тепло.
Мы справились. Мы с тобой справились, детка…
***
Я перенёс её на кровать, а сам рухнул в стоящее рядом кресло. Потерпи ещё немного, милая, сейчас я приду в себя и займусь тобой…
Прошло не меньше получаса, прежде чем я смог собрать волю в кулак и подняться. Она тяжело дышала, лоб отдавал жаром… Всё хорошо, всё так и должно быть…
Я принёс воды, поколдовал над ней пару минут, потом приподнял её голову, аккуратно вставил трубочку в рот и надавил на бутылку. Её горло рефлекторно делало медленные глотки. Вот так… Теперь я могу немножко времени посвятить и себе.
***
Я сидел на террасе, глядя вдаль, на предзакатное солнце, медленно садящееся в длинные розовые облака. Память, вопреки моей воле, упорно прокручивала перед глазами воспоминания, которые я одновременно хотел бы и забыть, и сохранить навеки…
Улыбка Валери́, её заливистый смех, мокрый от дождя травяной берег реки… Вот она бежит ко мне, скользит, спотыкается и падает, проехавшись ручонками по земле, недоумённо моргая… Я подбегаю к ней, подхватываю на руки, и она снова начинает смеяться, хватая меня ладошками за лицо, измазывая в грязи, а я чувствую себя таким счастливым…