Кажется, этот раунд окончился ни с чем, и Гриффин Санктус решил вывести на поле слона.
— Странно… — проговорил он задумчиво. — А вот симпатичных парней, как оказалось, вы отслеживаете вполне хорошо… — и умолк, внимательно вслушиваясь в эмоции демона.
Азраэль смотрел на Санктуса, пытаясь понять, куда тот клонит.
— И-и-и?
— И в клубе на Земле вы провели далеко не всю ночь, — пошла в ход блефующая ладья прокуратора.
Демон аккуратно подлил в свою ауру небольшую дозу беспокойства, толику страха и совсем крошечную струйку похоти. Пусть пока так, а дальше можно будет сориентироваться.
— Азраэль Октавиан Сэйтн, состояли ли вы на момент извержения вулкана в интимных отношениях с каким-либо мужчиной? — проговорил ангел, пристально уставившись в красноватые глаза демона. Тот полыхнул пламенем зрачков.
«Ты совсем, что ли, мозги пропил, Санктус? Засиделся в своей бумажной конторке, потерял форму…» — с сожалением подумал Азраэль, одновременно оскалив зубы и накачивая поле злобой и отдалёнными наплывами паники. — «Теперь главное не переборщить…»
Через пару секунд он резко оборвал поток всех эмоций, поставив глухую оборону. «Понервничай немного, старикан…»
Прокуратор весь подобрался, как ищейка, напавшая на след. Кажется, его высочество не так уж и хорош в искусстве нон-аффекции… Так глупо выдать себя барьером… Этот момент нужно было переждать, иначе ему не удастся уловить нужный отклик. [*]
[Non-affection - нет эмоций (авторский неологизм)]
— Отвечайте на вопрос, — хладнокровно проговорил он.
Азраэль молчал.
— Вы хотите, чтобы я истолковал ваше молчание против вас? — спокойно спросил Санктус.
— Допустим, есть у меня любовник, — медленно протянул демон, уже поняв, куда движется дело. Чуть приоткрыв барьер, он позволил просочиться сквозь него едва заметному отзвуку надежды, приправленной щепоткой лживости. — Его зовут Стефан, и он из тёмных. Вы имеете к этому какие-то претензии?
Ангел с трудом подавил чуть не прорвавшуюся сквозь его собственный заслон радость. Кажется, дело пошло на лад.
— Расскажите немного о вашей связи, — предложил он.
— Я не понимаю, какое отношение это имеет к делу, — сказал Азраэль, нагнав на себя презрительный вид. — Моя личная жизнь никого не касается.
— Отнюдь, — заявил Санктус. — Мне необходимо убедиться, что вы действительно говорите правду.
Азраэль изобразил на лице тончайший проблеск облегчения, тут же сменив его на непроницаемую маску. «Отлично, рыбка… Ты хорошо заглотила наживку…»
— Мы встречаемся не так давно… — начал он, приподнимая барьер ровно настолько, чтобы это действие было заметно. — У меня к нему достаточно тёплые чувства… — отправил он следом за словами волну сладострастия, делая её совсем чуть-чуть более нарочитой, чем следовало. — Но я не хотел бы в подробностях обсуждать с вами наши интимные отношения, вы же понимаете… — и приоткрыл капкан ещё больше.
— Стефан в постели лучше, чем Кастор? — размеренно проговорил Санктус, затаив дыхание. «Шах!» — промелькнула в его голове отдалённая мысль.
Азраэль ждал именно этого момента. Теперь предстояла самая тонкая работа. Он едва заметно надавил ногтями лежащей на столе руки на сукно, задержал дыхание на долю секунды — прокуратор должен был заметить — и снова аккуратно схлопнул все эмоции в закрытую капсулу, оставив медленно рассеиваться в пространстве лишь небольшой хвостик страха.
«И мат!» — подумал прокуратор, снова открывая перед собой папку и беря в руки стилус.
— Азраэль Октавиан Сэйтн, вы обвиняетесь в нарушении закона Равновесия. Вы имеете право хранить молчание…
Азраэль, сжав пальцы, выразительно вцепился в сукно стола. Всё складывалось просто идеально. Вот только непонятно, кто же так постарался, подставив Кастора? Впрочем, выяснение этого обстоятельства можно было оставить и на потом, главное сейчас — это то, что Мелоун не засветилась.
Почти на автомате, изучая удовлетворённое лицо Санктуса, он выдал в пространство поочерёдно различные дозы ярости, страха, ненависти и злорадства. Пришло время для завершающего хода.
— Не много ли ты на себя берёшь, старик? — прошипел он сквозь зубы и прибавил себе огня в глазах.
— Я полностью признаю и уважаю ваш высокий статус, Принц, — ответил тот. — Но, боюсь, данная информация находится вне зоны моей ответственности. Я всего лишь пешка.