Не дожидаясь утра, он отправился в дорогу и уже через полчаса, тщательно отследив за собой все возможные «хвосты», стоял возле дома Эфебиса.
Медленно обойдя вокруг, он просканировал пространство внутри — энергия портного была легко узнаваема, энергии слуг слабенькими всполохами собрались где-то в левой части особняка, а вот на втором этаже, в спальне, кажется, было что-то интересное...
Поплотнее завернувшись в барьер, он взлетел к окнам. Мужчина... Лет тридцати, не больше... Обладающий достаточно большой ёмкостью. Но пустой, совершенно пустой — это было, по меньшей мере, странно. Мёртв? Нет, дышит...
Азраэль рискнул приблизиться ещё немного — незнакомец производил весьма необычное впечатление. Так бывает, когда встречаешь слишком умных детей — тело вроде детское, а из него на тебя смотрят взрослые глаза. Вот и с этим бессмертным было примерно то же самое — тело молодое, а содержимое было древним, очень древним...
Плюс, ко всем этим странностям добавлялась совершенная невозможность определить фракцию — примерно так же, как у только что прибывших на Небо новобранцев. Демон никак не мог взять в толк, как такое вообще возможно.
Прислушиваясь ещё некоторое время и поняв, что ничего больше считать не удастся, он развернулся и бесшумно удалился. Судя по всему, на доске появилась совершенно неожиданная для шахмат фигура — Джокер...
***
Эрреб осторожно протянула тончайшее щупальце и коснулась энергии бескрылой девушки. Теперь у неё была такая возможность, благодаря Магу.
Она прислушалась. Едва заметные проблески ощущений постепенно наполняли её внутренности. Сначала резкие, острые иглы льда пронеслись мимо, однако не задевая, а лишь распарывая её оболочку, чтобы дать дорогу следующим за ними потокам.
Потом повеяло мягким теплом, обволакивающим, как карамель... Затем прибавились зелёные струйки кисло-сладкого, как мохито, детского восторга... И в конце всё завершилось тягучей, ароматной, словно берёзовая жвачка, антрацитово-чёрной смолой...
Эрреб облизнулась. Любопытный коктейль... Такого она ещё не пробовала. Она испытала страстное желание приблизиться и вкусить ещё, но, к сожалению, в её нынешнем положении это было ей недоступно. Единственное, что она могла сделать — это заманить девушку к себе, чтобы познакомиться поближе...
Возможно, это потребовало бы некоторого времени и усилий... Но, кажется, оно того стоило. Любая новизна приводила Эрреб в восхищение — она обладала любознательным и беспокойным нравом, вопреки своему светлому собрату. Тому всегда было важнее сохранить то, что есть, и заключить это в жёсткие рамки правил, и Эрреб частенько, ради забавы, выводила его из себя, чтобы позлить и пошатать его заскорузлые представления о Мире и о самом Себе.
Что бы он вообще делал без неё... Сидел бы в своём белом безмолвии и таращился на собственное отражение в зрачке своего же необъятного глаза. Скукотища.
Подожди, мой дорогой Братец... Скоро я устрою тебе такое представление, что воспоминаний от него хватит на много, очень много новых Миров...
***
Автор отцензурировал некоторые фрагменты романа "Демон Бездны" в связи с отдельными положениями Федерального закона от 05.12.2022 № 478-ФЗ.
Роман был написан задолго до появления этого законодательного акта, поэтому не представляется возможным убрать эти фрагменты полностью, не навредив смыслу основного повествования.
Все вырезанные фрагменты заменены на текст " [ЦЕНЗУРА] "
***
Саймон, поведя плечами, слегка распахнул ворот тёплой меховой куртки. Согревать себя теперь не составляло труда, и небольшой ветер со снегом, поднявшийся перед самым отъездом, даже доставлял ему приятные ощущения — лёгкие колючие прикосновения снежинок быстро истаивали на горячей коже, оставляя после себя мелкие влажные капельки.
Практика, наконец, была закончена, и он с удовлетворением оглянулся на теряющийся где-то вдали, за мечущимися вихрями метели, северный город. Ему было, чем удивить сокурсников по возвращении — артефакты, обнаруженные в захоронении, оказались весьма сильными катализаторами магических способностей.
Это было огромной удачей, что ему позволили хоть какое-то время соприкасаться с амулетами, изготовленными древними бессмертными, которые знали толк в магии гораздо больший, чем современники. Работа с энергиями этих предметов автоматически распаковывала весь имеющийся потенциал, и ангел, сравнивая себя с собой же, ещё только приехавшим сюда и ёжащимся от пробирающего до косточек мороза, чувствовал себя буквально всемогущим.