Замшелые Леса были неиссякаемым источником всё новых и новых видов живых существ, и некоторые из них были в диковинку даже самим жителям Востока. Так что туристы в города Тропика Зари валили толпами и сполна получали то, за чем прибыли — яркие впечатления.
Хватало здесь и другого вида досуга, который был востребован в основном жителями Акрополиса, утомлёнными суетой огромной столицы, живущей совершенно в другом режиме, нежели уединённые усадьбы унионов. Редкие бунгало были рассыпаны то там, то сям, на участках, отделённых друг от друга обозначенными бледными полосками энергии границами, пересекать которые было строго запрещено, чтобы не нарушать покой их обитателей.
В одном из таких бунгало нам и предстояло какое-то время пожить с Цезиусом, и, когда мы подлетели к месту, я вдруг почувствовала, как меня охватывает волнение. Почему-то раньше я не особо задумывалась об этом, но сейчас, когда желанное событие было так близко... Я подумала о том, что мы будем совсем рядом, что нас больше ничего не будет отделять друг от друга... Вспомнила о его сильном, красивом теле, которое я так много раз наблюдала полностью обнажённым, так и не имея возможности к нему прикоснуться...
И на подходе к небольшому, аккуратному, аутентично стилизованному домику, я была уже на пике бурлящих внутри меня эмоций. Мы будем спать под одной крышей... Одна эта мысль, кажется, сносила крышу мне самой.
Сзади дом был окружён лесом, впереди открывался вид на реку, во дворе стояла беседка со скамейками и несколько шезлонгов. Дорожек не было вовсе — везде росла мягчайшая, нежно-зелёная травка, по которой, судя по всему, лучше всего было передвигаться просто босиком.
Мы зашли в дом, и Ричард, дав мне кое-какие краткие инструкции, посидел немного, отдыхая, развалившись в одном из удобных раскладывающихся кресел, и покинул меня, пообещав прибыть с Цезиусом по возможности скорее, но если вдруг выйдет какая-то задержка, чтобы я не особо волновалась — значит, так нужно.
Я проводила взглядом его отдаляющуюся от меня, похожую на силуэт огромного ворона, фигуру, и приготовилась немного похозяйничать. Здесь можно было не беспокоиться практически ни о чём — огороженный участок был настолько огромным, что риск наткнуться на чей-то чужой взгляд был ничтожен, особенно учитывая, что везде были довольно густые заросли деревьев и кустарников, а границы были расположены с таким расчётом, чтобы свести к минимуму вероятность столкновения.
Холодильник был забит продуктами под завязку — были и кое-какие готовые полуфабрикаты, и в достаточном количестве свежие фрукты, мясо, овощи и хлеб. В любой момент можно было заказать ещё, используя особый амулет, и доставщик, не выдавая себя ничем, просто оставил бы пакет в специально отведённом месте — каменном пятачке с навесом.
Домик был полностью самообеспечивающимся в плане энергии — нужно было всего лишь своевременно заряжать накопитель, расположенный в небольшой кладовочке. Внутри были раздельные туалет и ванная, миниатюрная кухня, совмещённая с гостиной, и две комнаты, в одной из которых стояла односпальная кровать, а в другой — большая двуспальная.
«Мда уж, Ричард, ты, кажется, предусмотрел любые варианты...» — подумала я, благодарная демону за такую заботу о нашем комфорте. Какое романтическое гнёздышко...
Я разложила свои немногочисленные вещи в шкафу комнаты с двуспальной кроватью, заодно полюбовавшись уютным видом из окна, и отправилась в ванную — полежать и отпарить свои усталые крылышки. Мне здесь было как-то очень спокойно... Словно я спряталась от всего мира, от всех проблем, преследующих меня в последнее время...
Я так устала беспокоиться обо всех и вся и о себе в том числе, что решила дать себе небольшую передышку, намеренно стараясь не думать ни о чём таком. Пусть весь мир подождёт.
***
Она была всё ближе...
Богиня Мрака переместилась к самой границе Тьмы, почти касаясь её, чтобы иметь возможность хоть чуть-чуть заглянуть за грань, которая укрывала от неё реальность недоступного теперь ей мира.
Энергии девушки снова поменялись — стали чище, сильнее, чётче. Вибрации волнами побежали по телу Эрреб, вызывая содрогания всего окружающего её пространства, и она ощутила одновременное касание Силы своего сына, любопытствующего, что же произвело на мать такое неизгладимое впечатление.