Однако, Демис обосновал свой выбор тем, что хочет проверить себя на прочность. Саймон, его друг, увязался вслед за возлюбленным, не желая отпускать его от себя одного, и до такой степени увлёкся процессом, что решил остаться дополнительно аж на целый месяц. Что же его там так задержало — для нас с Мири было полной загадкой, и мы просто сгорали от любопытства, предвкушая, какие же удивительные истории сегодня вечером нам поведает Адемис.
Не зная, чем себя занять во время этой томительной паузы, мы решили посвятить себя самому простому и обыденному занятию, до которого, честно признаться, у нас далеко не всегда доходили руки — уборке.
Мири, встав посреди комнаты, раскинула руки широко в стороны, закрыла глаза и сосредоточилась. Я терпеливо сидела в сторонке, ожидая своей очереди. Щекочущее ощущение, к которому я до сих пор ещё не успела привыкнуть, хотя мы уже неоднократно проделывали с ней подобную процедуру, окутало всё моё тело.
В воздухе постепенно сгущалось лёгкое серое марево, похожее на дым. Все, до единой, пылинки и соринки, которые только были на мебели и на полу, одновременно всплыли в воздух. И даже те, которые поприлипали за день к моей одежде (а их, несомненно, тоже было предостаточно), также последовали за своими товарками.
По мере того, как Мири медленно сводила руки между собой, клубы пыли начали постепенно концентрироваться в одно большое округлое облако в полуметре от неё. Она открыла глаза, продолжая делать движение, будто сжимает это облако в ладонях, и оно начало превращаться в неприятный серый комок, быстро приобретающий всё более тёмный оттенок.
Она напряглась, делая завершающее сжатие, словно хотела слепить снежок, и комок сжался в маленький тугой шарик, рухнув в заблаговременно подставленное под него ведёрко.
Мири облегчённо выдохнула и расслабилась, с видом «пустячное дело!», но я-то знала, что такие манипуляции даются ей совсем непросто. Хотя бы потому, что мне приходилось проделывать то же самое, только уже с моей собственной стихией.
— Спасибо, мой милый, самый прекрасный в мире Пылесос! — нежно проговорила я, и она снисходительно улыбнулась.
— Не за что, мисс Пульверизатор. Твой ход.
Я медленно вздохнула, настроилась и приступила к своей части работы. Фактически, мне предстояло сделать совершенно противоположное действие. Из кувшина, стоявшего на столе, плавно поднялся колышущийся водяной шар, и начал разделяться на части.
Четыре, шестнадцать, шестьдесят четыре, двести пятьдесят шесть — частички воды быстро делились в геометрической прогрессии, и скорость этого процесса нарастала с каждой секундой. Наученная горьким опытом моих первых попыток, когда ей прямо в лицо прилетал недоразделившийся шарик воды, Мири предусмотрительно стояла в самом углу комнаты. Мне тоже не раз приходилось кашлять от неожиданно взрывающихся в воздухе перед моим носом неравномерных комочков пыли, так что в этом деле мы были вполне квиты.
Дождавшись, когда вода полностью превратится в мелкодисперсную пыль и равномерно распространится от пола до потолка, я сделала резкое брызгающее движение пальцами, и мой рукотворный туман начал медленно оседать на всех поверхностях. Я с удовольствием утёрла ладонями влажное лицо.
Управлять стихией было чрезвычайно приятно. Ощущение собственного могущества, пусть оно было пока совсем мелким, достойным лишь студента-выпускника первого курса, приносило мне огромное удовлетворение. Почти весь курс мы занимались изучением теории, и только к концу года нам доверили начать практиковаться.
Сейчас мы были способны совершать лишь самые простые действия с небольшими объёмами веществ, но, если верить учителям, к завершению академии мы будем осуществлять гораздо более сложные манипуляции с большими массами энергий. Впрочем, я уже и сейчас была предельно довольна тем, что могла из куска хлеба мгновенно сделать сухарик, или наоборот — увлажнить чёрствую краюшку так, что она становилась, как свежая.
При желании, я могла бы и из бессмертного сделать иссохшую мумию, но с этим всё было намного сложнее. Живые существа обладали довольно сильным полем сопротивления — защитным барьером, который нужно было сначала преодолеть. Нам пока было рано изучать эту тему, но на третьем курсе были предметы по боевой магии, и после освоения этой программы мы могли, каждый по мере развития своих способностей, превратиться в достаточно опасных противников.